Transcription
Его надо заполнить. Страна-бензоколонка. Так Россию назвал американский сенатор Джон Маккейн в марте 2014 года. С тех пор это определение используют, чтобы продемонстрировать зависимость нашей страны от нефти и газа. Звучит не слишком уважительно и перекликается с ещё более обидным "Банановая республика". Это страна, которая экспортирует какой-то один вид товаров, не развивает другие отрасли и просто тратит экспортные доходы на закупку всего необходимого из-за рубежа. В результате экономика такой страны всецело зависит от цены товара, который она экспортирует. У кого-то это бананы, у кого-то нефть. С примерами таких стран мы ещё столкнёмся в этом ролике.
Но для нефтяных государств есть и более солидный термин – петрократия. Поскольку нефть, в отличие от бананов, нужна всем и стоит куда дороже, то с петрократиями вынуждены считаться во всём мире. Звучит вроде бы неплохо, но надо помнить, что ценой этого влияния становится зависимость экономики от нефтяных котировок. Поэтому петрократию нельзя назвать хорошим примером для подражания. Гораздо лучше себя чувствуют страны с диверсифицированной экономикой, в которой нефть является лишь одной из статей экспорта. Наряду с другим, их можно назвать по-настоящему экономически независимыми.
Но насколько всё это вообще относится к нам? В 2021 году Росстат рассчитал, что на нефтегазовый сектор приходится всего 15% ВВП. Ещё чуть ранее президент заявил, что мы "слезаем с нефтяной иглы". А сравнение с бензоколонкой не имеет ничего общего с реальностью. В этом ролике посмотрим, можно ли считать Россию... насколько сильно мы зависим от нефтяных цен и прав ли был Маккейн, называя нашу страну бензоколонкой, или же "нефтяная игла" – это просто очередной недружественный [музыка] миф.
Про не нужно никаких ухищрений. А вот чтобы вы не заскучали и не переключились на другой ролик, мне надо запарить над приятной картинкой. Так делают вообще все блогеры. Компании, предприниматели нанимают для этого графических дизайнеров, которые отвечают за восприятие продукта в сознании клиента. Знатно прокачаться в этом ремесле вы можете с помощью курса "Графический дизайнер с нуля до PRO" от школы Contented. Здесь вы узнаете, что графический дизайн – это не просто красивое изображение. Это инструмент, который решает бизнес-задачи и формирует визуальную идентичность брендов. Чтобы решать такие задачи, вы овладеете главными инструментами: Figma, Illustrator, Photoshop и After Effects. К слову, именно так мы клепаем свои ролики. За 20 месяцев обучения вы будете делать не просто домашки, а работать по настоящим брифам. Вот, например, работа студентов для компании. И вы научитесь разбираться в веб-дизайне, Motion и 3D. Сможете пройти стажировку в креативном агентстве Red Cats и получить обратную связь. Преподаватели работали с Яндекс, Google и Samsung. Они помогут освоить все тонкости профессии, а карьерный центр подготовит вас к выходу на рынок труда, на который вы придёте с 18 проектами в портфолио. Для особо занятых вы сами выбираете, когда учиться. Вы можете даже заморозить обучение, чтобы вернуться в удобное время. Так что переходите по ссылке в описании, забирайте мини-курс по насмотренности в подарок, скидку до 50% по промокоду mygap и превращайте свои идеи в реальность.
Дефицит бюджета может составить около 4% ВВП при цене 40 долларов за баррель. Такое заявление сделал Алексей Улюкаев. Тогда он был ещё не заключённым, а министром экономического развития. Сейчас вас могут удивлять такие негативные прогнозы, но мы говорим о 2016 годе, когда цена на нефть была на исторических минимумах, даже ниже, чем во время кризиса 2008 года. В итоге федеральный бюджет свели с рекордным на тот момент дефицитом почти в 3 триллиона рублей, а в отношении к ВВП дефицит составил 3,5%. Получается, что нефть как-то влияет на пополнение государственной казны. Но вот степень этой зависимости до сих пор остаётся предметом споров.
Вот столько получал федеральный бюджет в виде налога на добычу полезных ископаемых от "чёрного золота". Значения здоровенные. Лет 10 лишь в редких случаях они превышали 2 триллиона. Но вот с 17-го появились прямо дикие прибыли с пиком 8 триллионов. В нашумевшего, но абсолютное значение не столь важны. Ведь может, 88 триллионов мы получаем от нефти, а ещё 80 триллионов от IT-услуг, и тогда мы – технологическая держава с небольшим бонусом в виде продажи сырья. Поэтому добавим сюда ещё долю от всех доходов, чтобы понять, насколько сильно влияние "чёрного золота". И вот тут мы видим, что зависимость растёт. Если раньше на нефть приходилось около 15% бюджета, то со второй половины 2010-х эта доля возросла до... А в 2022 превысила тридцати. Визуально это выглядит так: в начале движения нефтяных котировок и доли в бюджете хоть и кажутся синхронными, но не так сильно, как в середине. Здесь они танцуют вальс, не отрываясь друг от друга.
Джон Маккейн обзывал Россию "бензой", когда был 2015-й. С тех пор как так получилось, что мы плотнее уселись на нефтяную иглу? Чтобы это понять, нужно внимательнее посмотреть на важный в нашей истории 2015 год. Вот смотрите: это график цены за баррель, а это доходы бюджета от нефти. В 2015 цена на нефть обрушивается в два раза, до 50 долларов. Логично предположить, что и нефтяные доходы тоже в два раза. Но этого не происходит. Они не просто остаются на этом уровне, но даже слегка растут. Как такое возможно? Ответ этому – курс доллара. 71, 71, 71, 71, 71. Да, возможно, вам попадались рассуждения экономистов, что слабый рубль выгоден российскому бюджету. Растёт? А мы дадим ему расти. Почему? Всё дороже становится. Раньше продавали товар, который стоил 1 доллар, а получали за него 32 рубля. А теперь товар продали на рубль, а получили 45. Доходы бюджета увеличились, а не уменьшились. Если подобные фразы вызывают недоумение, то сейчас объясню. При этом налоги в российский бюджет платятся в рублях. Чем дороже стоит доллар, тем выше рублёвая цена на нефть, а значит, тем выше и налоговые платежи, даже если мировые цены стоят на месте. А теперь вспоминаем, что в 2014 доллар стоит по 30, а через год уже по 60. И в 2015, когда мировые цены на нефть валятся в два раза, настолько же у нас обваливают долларовые цены. Нефтяников упали, а рублёвые выросли. Одно скомпенсировало другое, и по итогу ничего не поменялось на первый взгляд. Но именно этот момент стал поворотным. Во времена крепкого рубля и дорогой нефти российская экономика чувствовала себя прекрасно и справлялась с наполнением 85% бюджета самостоятельно. Но после кризиса 2014 и первых введённых санкций роль нефти в пополнении казны стала расти. Доходы бюджета ещё сильнее повторяют нефтяные котировки. И если в 2015 обвал цен прошёл для бюджета безболезненно, то о последующих этого сказать нельзя. Это наглядно демонстрирует 2020 год.
Итак, в 2015 в два раза обвалилась и нефть, и рубль. Получается, курс рубля полностью зависит от нефтяных котировок? Давайте проверим эту гипотезу. Откуда вообще берётся валютный курс? Для нас это просто цена продажи/покупки в стакане терминала. Но на длинной дистанции курс служит отражением такой штуки, как платёжный баланс. Это соотношение импорта с экспортом, а также инвестиций, поступивших или из страны. Если экспорт превышает импорт, а иностранцы активно инвестируют в российскую экономику, то рубль укрепляется. А если экспорт падает, а инвесторы выводят свои капиталы, то рубль обваливают. Центробанк, который тратит золотовалютные резервы для укрепления рубля и наращивает их, если с рублём и так всё хорошо. Кстати, ЗВР мы накопили после дефолта, как раз благодаря дорогой нефти. Это мы рассказывали в выпуске про дефолт 1998 года, как и о том, почему слишком крепкий рубль оказался бедой для стабильности страны. Сейчас же нас интересует экспорт, а точнее, доля нефти в нём. Чем она выше, тем сильнее колебания нефтяных цен влияют на платёжный баланс, а тот, в свою очередь, на курс рубля. К сожалению, в таможенной статистике конкретно нефть в экспорте не выделена, но показана доля минеральных продуктов в целом. И вот минералы в экспорте держатся у нас исторически где-то в диапазоне 67%. Больше всего достигая в начале десятых, ровно тогда, когда нефть торговала по рекордным значениям. А вот когда цены упали, то и доля минералов в экспорте снизилась, хотя всё равно остаётся существенная – от 50 до 65% в разные годы. А как же ВЛ себя на фоне изменений цены на нефть? Ну, тут у нас чемпионат по асинхронному плаванию. Вот это курс доллара, а вот это цена за баррель. Эти двое всегда идут в разные стороны. Насколько именно изменение цен на нефть влияет на курс рубля моих мозгов уже для расчёта не хватает, поэтому я воспользуюсь расчётом настоящих экономистов. В своей работе они рисуют похожие графики: вот мол цена на нефть, вот курс доллара, и эти значения зеркалят друг друга. И дальше они указывают, что, согласно их расчётам, уменьшение на 1% цены на нефть ведёт к падению рубля на 1,5%. "Одним из важнейших внешних факторов, который влияет на курс доллара к рублю, является мировая цена на нефть. Если цены на "чёрное золото" на мировом рынке имеют тенденцию к падению в долларовом выражении, то российская экономика начинает терять определённую часть прибыли от продажи нефти. Поэтому возникает необходимость девальвации национальной валюты". А в конце исследования уже известные сейчас истины: если санкции снимут, то в страну вернутся инвестиции, экспорт надо диверсифицировать, а нефть и газ хорошо бы продавать в рублях. Никто не спорит. Было бы отлично, но нужно учитывать, что исследование сделано на данных с 91-го по 16-й год. За это время мы проходили демос, ковид, настоящие санкции. Да и сам тезис в вакууме, что 1% к нефти приводит к снижению рубля на 1,5%, не работает так напрямую. Взять, например, здесь баррель подешевел на 16%, а значит, доллар должен подорожать на 30, но он вырос только на 10. Дальше цена барреля растёт на 24%, а доллар должен упасть на 40, но падает на 13. То есть, да, движение разнонаправленное, как мы видим на графике. Но вот в тупую такую формулу прикладывать к целой экономике не получится, потому что экономика целой страны очень сложна, и факторов для определения курса множество. Хотя забавный момент: единственное очень близкое совпадение возникает лишь в 2023 году, когда факторы инвестиционной привлекательности ушли, все возможные санкции наложены, и движение капиталов ограничено, определять курс стало намного проще. Более того, курс доллара можно двигать, регулируя объёмы обязательной продажи валюты, соотнося с текущими государственными расходами.
Ну а теперь к самому главному: сильно ли с нефтяными ценами связана экономика в целом, а значит, и наше благосостояние? Видимо, нашим властям настолько надоело, что экономику страны сравнивают с бензоколонкой, что с 2017 года Росстат начал публиковать долю углеводородов в ВВП. Выглядят значения вот так. Судя по этим данным, и правда получается вражеский миф. Всего около 17% составляют нефть и газ. Причём до 2021 года эти значения в точности повторяли нефтяные котировки. С ситуация изменилась, и буйный рост нефтяных цен практически не повлиял на долю ВВП. Тут я лишь допускаю, что подтянулись местные предприятия, получающие госзаказ, и влияние отдельно углеводородов в ВВП размазалось. Доля в 17% кажется совсем небольшой, ведь получается, что более 80% экономики от нефти не зависят. Но не будем спешить с выводами. Сделаем то, что мы умеем лучше всего: будем смотреть на картинки. Сначала посмотрим, как менялась цена на баррель нефти, и потом сюда же добавим изменения ВВП страны. Движение графиков опять напоминает вальс. Здесь особенно бросается в глаза 2009 год, когда нефть упала на 37%, а вместе с ним полетел и ВВП на 26. Или ещё круче: в 2015 баррель дешевел на 47, а ВВП снизился на 34. Зато в 21-м баррель дорожает на 70%, наша ВВП прекращает снижение и подрастает на 23%. На этом моменте я захотел закопать поглубже и понять: а можно ли как-то эту зависимость оцифровать? Оказывается, можно. Я тут выучил новую формулу в Excel, называется она корреляция. Нужна она для того, чтобы определить, как одни значения следуют другим. Например, у вас есть один массив чисел от одного до девяти и второй такой же, но в два раза больше. Как думаете, сколько процентов будет у них корреляция? На размышление 3 секунды. Правильный ответ – 100%. Но вот если мы ищем зависимости с абсолютно рандомным набором чисел, то и корреляция проседает. И вот я сделал такую нехитрую операцию с нашими данными: один массив – цена барреля, а второй – значение ВВП. И оказалось, что корреляция составила 78%. Разумеется, дальше я решил проверить, что пишут профильные эксперты по этой теме, и можно ли вообще так использовать нехитрую формулу Excel. Это очень странно всё выглядит. Оказалось, что в подобном исследовании, где оценивали зависимость ВВП от нефтяных цен, пришли к пример на такому же значению с коэффициентом корреляции 78%. От перевозбуждения я начал прикладывать эту формулу ко всему упомянутому в этом выпуске. Например, для нефтяных цен и курса доллара прослеживалась отрицательная, слабо умеренная корреляция на всём участке пути. Отрицательно – это не значит неправильно, это значит обратное. Ну, то есть упали цены на нефть, чуть вырос доллар, и наоборот. А слабая корреляция говорит о сложности определения курса рубля. Цены на нефть лишь подсказывают направление, но не значение изменений. Но вот история с пополнением федерального бюджета оказалась куда однозначнее. Здесь корреляция составляет 85%. На всякий случай уточню: корреляция не значит доля. Она лишь показывает чувствительность одних показателей от других. В нашем случае это цены на нефть к пополнению бюджета, курсу доллара и ВВП.
И вот вопрос: как же так получается, что весь огромный российский ВВП по 2 триллиона долларов повторяет колебания нефтяных цен, хотя нефти в нём меньше 20%? Дело тут в мультипликативном эффекте. Нефтедоллары ведь не просто оседают на счетах "Роснефти" и "Газпрома". Они идут по экономике дальше, как круги на воде. Экспортёры выплачивают зарплаты и тратят свои огромные премии, увеличивая спрос. Нефтедобыча расширяется и обновляется, стимулируя производство в смежных секторах. А те, в свою очередь, модернизируют уже свои предприятия, торгуя со следующими смежными секторами, и так далее. Наконец, растут отчисления в бюджет, а значит, увеличиваются бюджетные расходы на социалку, оборонку, инфраструктуру – опять плюс к внутреннему спросу. В итоге получается, что те 17% нефти, которые мы видим в ВВП, служат драйвером роста для всей остальной экономики. То есть экономика сожмётся не на эти 17%, а гораздо сильнее, поскольку лишится своего топлива в прямом и переносном смысле. Это можно наблюдать на примере 2015 года. В теории, если нефть упала вдвое, значит, её доля в экономике должна была снизиться с условных 17% до 8,5%. А значит, настолько же и должен был сократиться ВВП. Но фактически мы видим его падение на 34%. Конечно, тут дело не только в нефти и подешевле, но подобное мы видим в очень показательной 2009 и 2020 годах. Тут тоже можно сказать, что дело в мировом ипотечном кризисе и локдауне. А можно сказать, что цена на нефть уже включает эти события. А результат мы видим по своей казне. Можно посмотреть обратный пример, когда не было сильных потрясений извне. В 2011, когда цена на нефть выросла на 40%, ВВП вырос на 34%. Слишком много совпадений. Мы в целом видим, что ВВП повторяет нефтяную динамику, поэтому говорить о том, что российская экономика не зависит от нефти или зависит слабо, будет большим преувеличением.
В этом ролике была одна, а возможно, даже две рекламы. Некоторые зрители злятся, что она появляется в бесплатном контенте, пишут вот такие комменты. Бывает, что сравнивают нас с "детьми сатаны". И на один коммент я даже ответил: "Мол, братан, убрать рекламу можно очень легко, просто оформи донат". Но потом я подумал, что это выглядит как издевательство с моей стороны, ведь донат с отключением рекламы находится в топовом тире и больше подходит для тех, кто хочет и может поддержать нас. Поэтому мы делаем небольшую реформу, которая, надеюсь, порадует всех наших поддержавших. Мы переносим отключение рекламы в ролике в самый первый, экономичный уровень. Разумеется, это распространяется и на все уровни выше. Иными словами, теперь вообще все уровни донатеров смогут смотреть наши видео без рекламы. Проводим эту реформу под лозунгом: "Надоела вам реклама? Становись донатером канала!" Для этого же открываем ещё и Boosty. Он вроде популярнее Спонсора, а мы как деды его не юзали. В описании будет ссылка на три сервиса: Patreon, Boosty и Спонсор. Выбирайте, что удобнее, очищайте ролик от рекламы. А мы приступаем к заключительной [музыка] главе.
В 1959 году на севере Нидерландов открыли огромное газовое месторождение. Это была отличная новость. Теперь голландцы могли экспортировать газ, укреплять свой гульден, покупать дешёвый импорт и ни в чём себе не отказывать. Однако эффект оказался обратным. К 1970 в стране выросла инфляция и безработица. Сильнее всех пострадала занятость в обрабатывающем секторе. Этот эффект получил название "голландская болезнь". По аналогии с французской болезнью, что это такое, даже не [музыка] спрашивайте. Так вот, как мы уже говорили, наращивание экспорта укрепляет платёжный баланс, а крепкий платёжный баланс ведёт к укреплению национальной валюты. Так это же хорошо? Хорошо, но не всегда. Слишком дешёвый доллар – это тоже проблема. Ведь если национальная валюта стоит дорого, то и товары, экспортируемые этой страной, тоже обходятся в огромные деньги для покупателей. И наоборот, импортные поставки из других государств дешевеют. В итоге внутреннее производство просто не выдерживает конкуренции. Оно становится слишком дорогим для остальных стран, а импорт – дешёвым для собственных граждан, которые тоже перестают покупать местную продукцию, переключаясь на зарубежные аналоги. В итоге предприятия в несырьевых секторах постепенно закрываются, ведь из-за рубежа можно купить дешевле и качественнее. А вся экономика всё сильнее... страна превращается в рантье, продающего свои ресурсы и покупающего всё необходимое из-за рубежа. Но когда цены на этот товар падают, то выясняется, что своего производства уже нет, а деньги на покупку импорта больше не поступают в прежних объёмах. С чем-то подобным столкнулась Венесуэла в 2014 году. Но грозит ли это России? Угрозу "голландской болезни" у нас хорошо осознавали уже к середине нулевых. Об этом даже Путин на пресс-конференции говорил: "Если вы посмотрите на опыт Голландии определённого времени, совсем недавно, то вы вспомните про так называемую голландскую болезнь, когда нефтедоллары захлестнули экономику, и мировая экономика выработала соответствующие противоядия против подобного неблагоприятного, несмотря на внешне благоприятные условия конъюнктурные для себя, тем не менее, неблагоприятное развитие событий. Так вот, при большом поступлении нефти долларов Центральный банк вынужден изымать эти доллары и имитировать рубли. Увеличение денежной массы в экономике ведёт к повышению инфляции. Для того чтобы бороться с инфляцией, Центральный банк увеличивает номинальный курс национальной валюты, что ведёт к увеличению реального эффективного курса и к увеличению потока импортных Торо. Федерацию в прошлом году она выросла на 28%, что подавляет развитие собственного сектора перерабатывающей экономики, перерабатывающей промышленности". Для этого был создан ПФО, который в дальнейшем превратился в ФНБ. Весь нефтяной излишек собирался там и конвертировался в иностранные ценные бумаги, не давая рублю слишком сильно укрепиться. Помогло ли это?
Чтобы оценить, насколько экономика выпускает разнообразную продукцию или наоборот, зависит от одного товара, используют индекс экономической сложности. Он вычисляет разнообразие экспорта каждой страны. Чем выше доля одного вида продукции в экспорте, тем ниже значение индекса. Давайте посмотрим, на каком мы месте по сравнению с другими государствами. Сперва пролистав там, ожидаемо находятся африканские страны, которые оправдывают название "Банановая республика". Отдельно здесь стоит отметить Нигерию, но она экспортирует вовсе не бананы, а ту самую нефть. Страна входит в первую десятку по запасам "чёрного золота", которая составляет почти 90% нигерийского экспорта, и при этом, обратите внимание, страна находится на 170 месте по ВВП на душу населения. Вот уж где настоящая нефтяная игла. Не намного выше от Нигерии ушла и Венесуэла, и по экономической сложности, и по ВВП. В одном из прошлых роликов мы рассказывали об очередях за продуктами и торжественном вручении туалетной бумаги. В общем, грустная история. Нидерланды, эти страны так ничему и не научили, и нефть не стала для них благом.
А теперь давайте перейдём к отличникам. Обычно в пример любят приводить Норвегию. Она находится в первой двадцатке по запасам нефти, но при этом имеет здоровую. Норвегия занимает сороковое место. Это, конечно, не так плохо, как у Нигерии с Венесуэлой, но для норвежского экономического чуда результат не самый впечатляющий, особенно на фоне того, что Саудовская Аравия занимает тридцать восьмое место. А между ними ещё Бахрейн, Турция и Болгария. Ну и где же, наконец, Россия? Она занимает пятое место. Результат не самый выдающийся, но, например, в соседнем пятьдесят втором находится благополучная Новая Зеландия. Так что, если верить рейтингу сложности, то звание "страны-бензоколонки" кажется преувеличенным. Да и рейтинги сами по себе – дело такое. Даже если в основе лежат какие-то формулы, то может оказаться, что Норвегия рядом с Тунисом, а Уругвай сложнее Новой Зеландии. Так что воспринимать их лучше крупными мазками. Чем мы вообще на них смотрим? Мы начали с термина "страна-бензоколонка" и прошли разные метрики сравнения. Вначале было занудство с соотношением к ВВП, к бюджету, поиск всяких зависимостей. А сейчас вот смотрим, что агентства зарубежные говорят про нас на фоне других. И пусть даже крупными мазками, положение в таком рейтинге примерно говорит, что пусть экономика не какая-то технологичная, но мы не болван. Тут я вспоминаю ещё один рейтинг. Он куда ближе и понятнее нам. Здесь конкретно рассматриваются петрократии. Что да, риск снижения доходов у России высокий, но в целом её относят к третьему уровню зависимости из пяти, что можно трактовать как среднезависимое. Поэтому, если мы бензоколонка, то как назвать тех же самых Нигерию, Венесуэлу и кучу ещё других стран? В этом вопросе мы находимся рядом с Норвегией. Но стоит помнить, что самыми свободными от нефтезависимости являются Мэн и Суринам. Только что-то я сомневаюсь, что все мечтают туда переехать. Получается, сенсации не оказалось. Нефть действительно является важным дополнительным бустом для нашей экономики, влияет она куда больше 17%, особенно в кризисные периоды. Но по сравнению с целым миром, можно сказать, что зависимость у нас средняя. Мы не Нигерия и не Венесуэла. Стоит отметить, что девальвировать валюту в разы уже не получится. Доллар по 200 приблизит нас к той самой бензоколонке. Надеюсь, этого не случится. А удачное время высоких цен на "чёрное золото" будет потрачено не на "затыкание дыр", а на создание благоприятной предпринимательской среды, где и рождается та самая экономическая диверсификация, о которой говорят последние 20 лет. Посмотрим, как с этим справимся к 2030. Знаете, кому отправить это? А мы говорим спасибо нашим поставщикам Донат Иглы, Владу Хапческу, Сонику, Мейхаму, Маску, Констракшн, АСУ и Форд Глобал, а также верховным магистрам, мудрым консулам, героям и пням. Увидимся на следующей встрече. Yeah, yeah. [музыка]