Transcription
Привет, это проект снова. Меня зовут Борис Веденский, и сегодня мы говорим про странности и парадоксы космоса. А в гостях у нас доктор физико-математических наук Натан Эйсмонт. Добрый день.
Добрый день. Будете у нас сейчас отвечать за все парадоксы космоса. Вот вещь, которая лично у меня не укладывается в голове. С одной стороны, э можно часто услышать о том, что вселенная бесконечна. С другой стороны, если спросить астрофизика, нам скажут, что мы примерно знаем, когда был большой взрыв, мы примерно знаем, с какой скоростью материя от этого взрыва расширяется. Следовательно, мы знаем, на какое расстояние эта материя уехала, грубо говоря. А значит, какие-то пределы у этой вселенной, которая появилась из этого большого взрыва, есть, да? Что что же всё-таки происходит? Она бесконечна или конечна?
Вот этот вопрос относительно большого взрыва, да, и то есть это значит вот было начало, да, мы в продолжении, а будет и конец. Вот если уж так целиком всё это вот это общепринятая теория, и всегда были люди, которые возражали, но сейчас появились некие новые основания для возражений. И как всегда, да, да, как всегда, что бывает основаниями для возражения? Ну, теория расходятся с экспериментом. Вот и всё. И сейчас есть признаки того, что теория с экспериментом расходится и расходится довольно серьёзно. И причиной вот которая позволяет так думать, являются те новые экспериментальные данные, а это данные наблюдения телескопа Джеймса Веба, который с помощью которого удалось обнаружить, ну, очень какие-то далёкие галактики. Очень далёкие. Ну, что значит далёкие? Они далёкие, значит, они близки, что ли, к началу. Вот они близки к этому большому взрыву. Ну, от насле близки. Вот если они близки, да, то значит они образовались, вот те галактики вскоре после большого взрыва, да? Ну, что значит скоре? Скоре, скажем, ну, там через, ну, десяток миллионов лет, да? Ну, не десят, ну, сотню миллионов лет, да? Это очень близки. Ну, прямо совсем Угу. близки. Ну и они тогда должны соответствовать времени своего происхождения, потому что здесь ведь как чем ближе к моменту большого взрыва, тем более молодые, ну, по своим признакам, которые вообще приняты, они, ну, вот выглядя моложе, да, ну вот как младенцы, да, вот они как младенцы, то есть соответствует вот их представление, их характеристики соответствуют младенческому возрасту. То есть всё хорошо, всё сходится. Сходилось до того, как не появились измерения наблюдения этого телескопа Джеймса Веба. И вдруг оказалось, что там, ну вот вблизи, так сказать, точки Большого взрыва, а есть очень зрелые галактики. Ага. Как они так могли быстро созреть? Вот никто не может объяснить, как они, да? А есть, а, то есть они не должны были успеть, да? Они должны были успеть. Они успели, что у них какие-то другие физические процессы, но это слишком смелое предположение, да? То есть, скорее всего, всё-таки, ну, физика оно, ну, одинаково, оно не одинаково, оно, во всяком случае, не так сильно отличается, да, одни случаи от других. А здесь явное выпадение из того ряда, которые мы использовали для того, чтобы оценивать вот возраст всех этих ээ систем, да, звёздных систем, галактик, сверхгалактик и так далее. Вот. То есть вот есть такой вопрос, на который нет ответа. Нет ответа в рамках теории Большого взрыва. Да, и это означает сейчас, что всё больше народу говорит, ну, народу, я имею в виду исследователей, ээ, что, по-ви, видимо, что-то у нас не в порядке с этой теорией, что, может быть, придётся её пересматривать, да, и вот такие голоса становятся всё громче по мере того, как всё новое открытие вот этого телескопа, ну вот, ээ, становится предметом исследований людей, которые вот профессионально этим занимаются. Понимаете?
Потрясающе. А какие есть трактовки на текущий момент и объяснения?
Вот в том-то и дело, что эти трактовки, они неизбежно заставляют как-то отойти от теории вот большого взрыва, да? Угу. Большего взрыва не было. Большого взрыва большой взрыв был, но может быть был не один большой взрыв. Ага. Понимаете? Вот может быть, да. Может быть, это вот те галактики, да? Может быть, они результат вот других взрывов, да? Может быть, на самом деле мы всё-таки не правильно эти скорость этих процессов оцениваем. Что-то здесь заложено не то, да?
Что значит неправильно?
Здесь, если хотите, в оценку вот удалённости или удалённости от нас или времени событий, ээ положена такая постоянная хабла. Угу. Да. Постоянная хабла - это вот что такое? Это это отношение скорости разбегания галактик, да? Вот они все разбегаются от центра к расстоянию, да? Вот это поначалу. Почему постоянное хабло было? Вот Хабл предположил Ну это великий физик, да? Вот телескоп сейчас летает его имени, да, уже там сколько? Больше больше 30 лет, да? Я не помню сколько. Вот. Он предположил, что вот это отношение, оно постоянно. Оказалось, нет. Скорость разлетания делить на расстояние между ними. Дададада. Да, да. Вот это постоянное хабло так называется, да. Ага. Вот. Но оказалось, что вот она не постоянно, что она меняется, да и здесь тоже нет такого единодушия, как меняется, да? То есть возникли вопросы, на которые современная теория не в состоянии непротиворечиво. Ну, сама собой непротичиво ответить, да? То есть, в общем, здесь такое серьёзное оживление ээ в этих самых кругах астрофизиков, что означает, что мы близки, быть может, к пересмотру вот этой теории Большого взрыва, да? То есть мы нам повезло повезло, вот видите, ещё с одной, можно сказать, революцией. Одна, как мне кажется, это всё-таки революция была обнаружение экзопланет. А вот это может быть даже более серьёзного характера. Факты, которые ээ не укладываются в наши представления о тех астрофизических процессах, которые объясняют вот то, что мы видим на небе, да? Но до сих пор вот я напомню, объяснялось это вот на основе теории Большого взрыва. Угу.
Джеймс Веб навёл шороху.
Да, да, да, да. Джеймс Веб. Вот как-то все и ждали от него, потому что м чем замечатель JС Web? Ну разрешение, ну то есть вот две точки, да, видны как две точки, да, вот этот угол вот так, если в основу у него уже, нуще, ну, по крайней мере, на порядок больше, чем, скажем, у Хабла. А я два слова о Хабля. Вот Хабл, значит, это первый был космический телескоп. Там тоже такая очень интересная история. Когда он заработал, в общем, все поняли, все астрономы, астрофизики, что до Хабла они были слепые. Угу. Да. И на самом деле это было настолько явно, что я не знаю, многие, наверное, видели снимки, сделанные хаблом. Это потрясающе красиво. потрясающий, необычный, фантастические картины, да? То есть такого не представляли, да, все эти там облака космической пыли на фоне каких-то зарождающихся галактик, это фу это просто, ну, просто красиво, да, просто рассматривать и получать удовольствие. Вот поэтому вот эти снимки, они, ну, большим спросом пользуются некоторых, значит, вот на стенку вешают и любуются ими, да? То есть это действительно такое с точки зрения эстетики тоже замечательное достижение. Достижение. Так вот, Джеймс Веб телескоп, вот он имеет ещё большее разрешение, да? Вот тоже раз в 10, наверное, лучше, да, и тоже здесь открылся вот новый мир вот этих галактик, которые уже, так скажем, не совсем молодые, да, никто раньше не видел, а тут вдруг они появились. Но раз появились, то, пожалуйста, объясните, как это они не на своём месте, не в своё время появились. Да, нет объяснений.
[музыка]
А астрофизика и обычная физика, они насколько сильно пересекаются сейчас?
Ну, в действительности они пересекаются очень слабо, я бы сказал. Вот. Хотя ведь есть физика, да? Ну вот так физика, к которой мы привыкли, да? Вот я говорю об этой физике. Физика, к которой мы привыкли. Ну к какой мы привыкли? Ну та физика, которую вроде проходили, да, в школе, да, или которую изучали в вузах даже. Вот это эта физика, да, она, в общем, сейчас вот в этот момент довольно сильно отличается от астрофизики, да, хотя, конечно, астрофизика - это часть физики, да, но получается так, что прогресс физики вообще главным образом сейчас достигается за счёт успехов в астрофизике. То есть всё, всё новое, что, ну, непривычно, необычно и чего мы не знали, да, и что мы, как нам казалось, не может быть. На самом деле всё это происходит в области астрофизики, да? То есть, ээ, если, ну, вернуться назад, скажем, ну, на сколько? Ну, на 35 лет. 35 лет и попробовать сравнить физику тридцатипятилетней давности, включая астрофизику, да, и сравнить вот с тем, что сейчас, то это, ну, совсем уже разные области знаний. То, чего не было известно 35 лет назад, сейчас со страшной силы изучают. И я не знаю, какие ээ исследовательские ресурсы брошены э вот на эту область, область астрофизики, которая, ну, выросла из физики, физику подпитывают. Вот я могу привести очень простой пример. Это всем известно. Да, давайте. Да, вот этот простой пример - это, ну, в открытие скажем, экзопланет. 35 лет назад не было известно ни одной экзопланеты. Это было, конечно, удивительно, потому что экзопланета, давайте поясним, что имеется в виду для зрителей. Экзопланеты - это вот те планеты, которые принадлежат к другим звёздам. Вот планеты просто вот это [откашливается] то, что в солнечной системе, а экзопланеты - это те, которые, ну, входят в состав, ну, э родительских родительских родительских звёзд, отличных от солнца, да. Вот так, если в той терминологии, которая принята и вот это объяснять. Ээ, но это было, конечно, странно и ощущение было, что такого не может быть. Ну, если не может быть, покажите. Показать никто не мог. Никто не мог. И первую экзопла планету вот примерно 35 лет назад открыли, а сейчас их известно, ну, примерно 5.500, может быть, уже больше. Здесь с такой скоростью открытия происходит, что за ними не уследишь. То есть вот я говорю вам, а на самом деле, наверное, больше уже, да, вы говорите, а в этот момент скрывается новое, да?
Э, я хочу сказать, что, мм, в действительности это, конечно, было большое облегчение, да, ну, это даёт надежду, что мы не одни, не одни в этой вселенной, да? То есть наличие экзопланет, то есть планет у других звёзд, означает, что может быть на планетах, других планетах может быть, что сам самое главное для нас есть жизнь, [откашливается] а может быть даже разумная жизнь, да. Поэтому вскоре после открытия экзопланет, когда научились не просто сам факт наличие экзопланет устанавливать, но и некие характеристики этих планет. Ну, изначально такие простые характеристики, конечно, сразу установили, там период вращения около родительских звёзд, да, другие параметры, там удалённость, да, наклонение, всё такое, размеры. Так, сначала, но когда вот этот интерес он, естественно, к тому, что нам больше всего хотелось бы узнать, э, есть ли жить где-нибудь, кроме как вот на Земле, ээ, хотелось захотелось понять, а как там условия на этих планетах, есть ли там возможность возникновения жизни на этих планетах? Ну, то есть стали более пристально их изучать уже, э, определили некие так называемые зоны обитания. Зоны обитания - это, э, ну, те что ли группы вот такого рода экзопланет, где ну вот с нашей точки зрения и с точки зрения ээ ну земных представлений о жизни, да, там может быть жизнь. То есть, значит, вот стали выделять параметры те, которые наиболее существенны для того, чтобы, э, ну, предположить, что там жизнь есть или вот в том виде, как она на Земле, её нет. И здесь тоже, в общем, на самом деле замечательное открытие, потому что оказалось, что вот таких планет очень много экзопланет, да? То есть не то, что там какие-то там проценты, доли процентов, нет, речь идёт о таких, ну, десятках процента, да, таких экзопланет, где, в принципе, наши требования по наличию жизни удовлетворяются, да? То есть это стало вот ещё интереснее. Ну и здесь, конечно, и невозможно было отказаться от попыток оценить, какая была эволюция у этих экзопланет. То есть, ну, такое обычное развитие, ну, что ли, ээ творческой мысли, да, в этом плане. То есть, э, это настолько интересно, что вот здесь я уже говорил об оценках, сколько народу занимает, сколько исследователей. Вот. Вот число исследователей нарастает просто, знаете, быстрее, может быть, чем число открытых экзопланет. Настолько это интересно. И здесь вновь вот эта проблема уже не просто жизни где-то, кроме как на Земле, просто жизни, да, а разумной жизни, вот она вновь стала актуальной, да, здесь ведь понимаете, вот вот эти задачи обнаружения разума во Вселенной, они не совсем тождественны проблеме обнаружения жизни, да, потому что, ну, жизнь может быть и микробная, правильно? А разум - это уже что-то такое, да, что как-то приближает нас, вот этот объект поиска слег приближает к нам, да? То есть вот нам именно разумную жизнь хочется найти. И здесь, в общем, ещё до открытия экзопланет уже стали применять такие мм м технологические методы, которые раньше были недоступны. Да. Я могу вам, ээ, э, такую первую сенсацию напомнить, когда вроде как открыли разум во Вселенной. Да, это когда, да, это было, я точно не скажу, но это, по-моему, где-то ээ в шестидесятые годы, тоже не так давно. Да, действительно, действительно, это, знаете, это в связи с успехами в области ну радиотехники, так если, да, на самом деле в области приёма обработки сигналов из космоса, да, вот здесь большой прогресс был достигнут, и наиболее далеко продвинулась ээ британская такая радиообсерватория. Такое место есть. Э, это где-то там Южная Англии, по-моему. Джодал Бенк, да, бенк остров. Вот. И, э, вот эти сигналы, радиосигналы, их выводили на оцелограф и каким-то образом их изучали, записывали. Тогда и записывать было не так просто, да. Вот и одна из аспиранток, я забыл имя этого великого учёного, который получил Нобелевскую премию за открытие аспирантки. Да. Вот она на оцелографе, если вы помните эти старинные, может быть, сейчас они такие есть оцелографы. У меня были в университете, да? А, ну это вы знаете, зелёного цвета там луч. Да, да. Вот. И она обнаружила сигнал, который явно был, ну, не естественного происхождения. То есть это сигнал был явно, ну, сгенерирован каким-то разумом, ну, может быть, похожим на разум, наш разум, да. Вот такое было впечатление у неё, да. Вот. Ээ она, конечно, доложила немедленно своему руководителю, который получил Нобелевскую премию. Вот. И у него тоже было такое впечатление, что о разумная разум открыт во Вселенной. Но, конечно, при дальнейшем изучении этого сигнала выяснилось, что нет, этот сигнал вполне естественного происхождения, но этот сигнал такого рода был открыт впервые. И тот объект, который, ну, объект не очень удобное слово, то небесное тело, да. Да. на небосклоне, да, которая вот эти сигналы излучала. Это вот было определено как нейтронная звезда. Вот таких нейтронных звёзд оказалась чёртовопропасть, да, и их отдельно изучают, да, и в общем это тоже нейтронные звёзды, новая часть Вселенной, да, вот их сейчас там миллионы, миллиарды. Вот и здесь многое стало ясно в связи с открытием нейтронных звёзд, да? Или пульсары их ещё называют, да? Вот. Ну, пульсары вот. А вот открытие это как открытие ээ внеземного разума пришлось закрыть. Вот. Но такого рода исследования продолжались. Продолжались. Ну, то есть вот анализировались сигналы из космоса. Ради сигнала в первую очередь, конечно же. И ээ причём здесь ведь это не очень дешёвое занятие, чтобы не сказать очень дорогое занятие. Тем не менее, правительство многих стран, ну, не слишком бедных, да, вполне финансировала вот эти поиски таких сигналов, которые могут быть, ну, сигналами каких-то разумных существ где-то там во Вселенной. Угу. И я должен сказать, что вот уровень финансирования, конечно, менялся в зависимости от того, как уровень интереса был, но это финансирование не прекращалось. У нас в стране тоже были энтузиасты вот поиска внеземного разума. И здесь больше всех известен академик Николай Семёнович Кардашов. Он непосредственно сам этим занимался. Но, конечно, у нас в стране никто это никогда специальным образом не финансировал, но он вот считал, что это вполне стоящее занятие, по крайней мере, в части привлечения научных, ну, ну, кадров, да, для того, чтобы потратить время на это, ну, может быть, с точки зрения многих совершенно бесполезные занятия. И вот продолжение этих занятий, оно на самом деле чем поощрялось, да? Пощрялось тем, что время от времени находили вроде бы признаки вот неземного разума. То есть сигналы выглядели, ну вот, ну совершенно такого неестественного, как совершенно неестественного происхождения. Вот. И, ээ, время, которое нужно было затратить для того, чтобы всё-таки установить, что это сигналы ээ естественного происхождения, оно увеличивалось, несмотря на то, что возможности анализа сейчас, конечно, несравнимы по с теми, которые тогда. Ну, вот нынешние компьютеры позволяют это делать, ну, в тысячи раз быстрее. Тем не менее, вот всё-таки довольно часто и последний случай был, ну, наверное, пару лет там, может быть, назад, когда довол довольно долго, ну, как довольно долго, ну, несколько месяцев, по крайней мере, вот удерживалась надежда, что о вот мы наконец-то обнаружили ээ сигналы внеземного разума, да. Ну вот и там, к сожалению, всё-таки при таком тщательном изучении этого сигнала оказалось нет. он всё равно до естественного происхождения такого не слишком простого. Ну то есть потребовался ээ вот такой довольно мощный компьютер, да, и мощные алгоритмы для того, чтобы это установить, да. То есть вот здесь эти исследования не закрыты, да, и ну продолжаются. Ну давайте вместе с исследователями надеяться, что всё-таки удастся обнаружить вот такие признаки.
Возвращаясь к размерам Вселенной, если мы остаёмся в рамках консервативной теории большого взрыва, то размеры есть, они плюс-минус нам известны.
Да. Да, они известны. Ну, такие оценки, конечно, они отличаются, да. Вот. Ну, вот тот размер, ну, вот, наверное, чаще всего эта цифра 36 млрд световых лет. Вот. Угу. Такой размер, да? То есть, ну, довольно немаленькая, понимаете, да, но всё равно это размер, да. А вот люди, которые сейчас предлагают пересмотреть все эти взгляды, они всё-таки склонны к тому, чтобы утверждать, что не ограничено это, ну, бесконечно, да. Нельзя назвать цифру, какую бы вы не назвали, всегда найдутся какие-то там звёзды дальше, да? То есть не ограничено. Ну, чья точка зрения возобладает, трудно сказать. Может быть, что-то такое посередине появится. Сейчас прогнозировать трудно, потому что, ээ, ну, вот как раз мы попали в такое неустойчивое состояние, где очень быстро возникают идеи и быть может столь же быстро они опровергаются, да? Ну, так период быстрого развития науки он вот такие такие состояния, в общем, и обозначает, да, вот Угу. самострое развитие, оно означает и быстрые изменения, в том числе, скажем, в оценках размеров и вообще есть ли размер, да, или бесконечность, и всё. С точки зрения относительно самого большого взрыва тоже они меняются, да? То есть есть сомнение в том, был ли он вообще или если он был, то может быть он не единственный, да? Может быть, это циклический процесс, да? Вот такие гипотезы существуют. Сказать, что ээ вот есть совершенно устойчивое большинство, которое разделяют ту или иную гипозу. Нет, вот это нельзя. Это вот мы сейчас вот в периоде такой неустойчивости, бурления, если говорить, но это бурление, как бы сказать, мысли. В этом нет ничего плохого.
А если есть конец у Вселенной, то что может быть за её пределами? Как представить эту пустоту или что это? Или это просто огромная большая чёрная дыра за преде?
Я не знаю, но чёрная дыра тоже материя. Так что, ну, вы знаете, это человеческому разуму это, конечно, ну, так не поддаётся, понимаете? Не поддаётся, да. Вот. Но так же, как и бесконечность тоже, да? Представить, что вот там все эти звёзды, звёзды, галактика, вдруг хоп, всё кончилось как-то, да, такому то, что мы называем здравым смыслом, да, это противоречит. Это, безусловно, да. Что такое здравый смыс смысл? Откуда он взялся, непонятно, да? Ну, это то, что основано на нашем опыте взаимодействия с макромиром вообще. Ну да, да, да, да, совершенно верно. А между прочим, а вот макромир мы ведь тоже не очень хорошо знаем. Ведь смотрите, есть ещё это не до конца принятая разгадка, да, или представление, да, о том, как устроен мир. Я давайте здесь тоже ещё об одном достижении, в общем-то, ну, последнего времени скажу, да. Это мм тёмная материя и тёмная энергия. Угу. Да. Это этого же не было. Этого не было. Ну скот назад точно не было. не было это. Да, это всё это недавно я говорю, что мы переживаем революционный период физики, в астрофизике не было. Но и в то же время, вы знаете, очень интересно, казалось бы, это очевидно, что должна быть тёмная материя про Ну там ещё тёмная энергия, да, это отдельно. Давайте я об этом году, давайте проговорим для зрителей и напомним, что такое тёмная материя.
Да, тёмная материя - это та материя, которая проявляется только через гравитацию. Не видно. Вот всю остальную материю мы видим. Светится она как-то, да, вот по свечению. А это не светится. Оно притягивает, но его не видно. Почему только при Да, притягивается, не видно. Ну вот сейчас кажется это удивительно, что этого не знали, да? Потому что сейчас я простой пример приведу. Всем он доступен сразу. Вот я начну с солнечной системе системы. Как устроена солнечная система? Вот есть солнце. И есть планеты, которые движутся вокруг Солнца. Теперь мы удаляемся от Солнца. И давайте себя спросим, а что при этом быстрее движутся планеты или они движутся медленнее? Ну, линейная скорость, да? Ну, есть угловая. Угловая тоже, что быстрее и медленнее, да? Они движутся всё медленнее и медленнее, да. Вот, например, ну, давайте возьмём э что возьмём землю. Да. Да. Ну вот Земля она движется вокруг Солнца со скоростью, ну, примерно 30 км/ секунду. Угу. Ну, а возьмём какой-нибудь Юпитер. Ну, он солнце, ну, в пять раз дальше примерно, да? Угу. Вот. Вот как он движется. А он движется медленнее. Он что-нибудь там 12 км/мерно. Вот так, да? То есть, чем дальше, тем медленнее движется, да? Вот так. Там долгое лето, затоха. [смех] Да, да, да. Ну, а теперь мы посмотрим куда-нибудь дальше, посмотрим на всякие там галактики. Ну, какую галактику все мы знаем, да? Ну, лечный путь, наша галактика. Вот там же тоже у этой галактики есть центр, да, и вокруг эти звёзды движутся, да. Ну, нормально. Значит, чем дальше, тем вот как у солнеч, тем медленнее, да. Угу. Оказывается, нет. Угу. Оказывается, они движутся как твёрдое тело. Ну, чем дальше, тем быстрее, наоборот. Угу. Да. Угу. А как это может быть? Не очень понятно, да? А вот так, что там есть масса некая, которую мы не видим, которая притягивает и которая вот этот эффект может объяснить. То есть с помощью вот введения тёмной материи прекрасно объясняется всё это, да? То есть всё тогда получается, физика тогда работает. Понимаете? Это вот только вот сейчас оно уже были ведь долгие споры, а что это может быть как-то неправильное объяснение? Может, ну, есть другие физические эксперименты, которые показывают, что это точно так. Да. Причём вот эта невидимая мате тёмная материя, её больше, ну, по массе, чем видимой, да? Вот. То есть это тоже интересный момент. И, конечно, и, конечно же, это нужно включать в состав объяснений того, ну, как вообще устроен этот мир, как устроена Вселенная, да, ну, и так далее. Ещё один момент, тоже этого же никто не знал, обнаружение вот этих самых чёрных дыр. Угу. Этого же тоже нет.
Ой, а можно я про тёмную материю ещё вас по помучаю? Она в солнечной системе есть, на Земле есть тёмная материя.
А вот в том-то и дело, что вот вот в это на Земле это не обнаружено, понимаете? Объяснение это какое? Это то, что действует, вот вы говорили о масштабах, на больших масштабах. А, да. Вот там это начинает проявляться. То есть там как-то несколько по-иному действуют эти законы. Понимаете? Вот такой объяснение. Ну, оно такое непротиворечивое, да? То есть вот если посмотреть, разложить по полочкам, часто возникает внутренние противоречия, значит, это неправильная теория. Здесь нет, это вот всё нормально, всё укладывается, понимаете? Ээ ну соответствует здравому смыслу. Вот и всё. Не противоречит ему.
Есть, если в комнате яблоко начать подбрасывать, ээ, тёмная материя на него не воздействует. Вот. Да, не воздействует, совершенно верно. Да. Вот. Угу. То есть нужны другие масштабы. На масштабах галактика это уже вот проявляется совершенно вот чётко, да? Интересно. Не то, что там полтора лоптя направо, полтора налево, да? Нет, вот абсолютно, да? То есть противоречий здесь не возникает, да? То есть так. А чёрные дыры вы начали? А чёрные дыры это уже тоже не было известно, да? Угу.
Чёрные дыры тоже на самом деле удивительно, почему это не было известно. Дело в том, что, в общем, уже довольно давно сложились представления об эволюции звёзд. Что там с этими звёздами происходит? Ну, звёзды, что они горят. Горят, что у них выгорает на самом деле водород, да? Водород там превращается в более такие тяжёлые элементы, поэтому выделяется энергия, да, вот поэтому в виде фотонов, да, вот мы видим, но водород там горит, горит, ну, термоядерная реакция это, да. Ну и в конце концов он выгорает до такой степени, что там же что действует, когда горит водород, есть давление изнутри, да, вот вот эти частицы протон, они вылетают, вот долетают до Земли, кстати говоря, вот солнечный ветер - это вот есть продукт горения солнца, да? Солнест вылетает, вылетает. Вот и масса уменьшается, да, на самом деле. Но масса уменьшается в каком-то смысле медленнее, чем чем давление изнутри, да? То есть вот давление изнутри поддерживается этим потоком протонов, да? Вот. А когда баланс нарушается, звезда, это солнце, например, схлопывается, да? Угу. То есть вот притяжение преодолевает, оно начинает гнать ээ вот эту ээ звезду такое состояние ну сжатое состояние.
До каких пределов может сжаться ээ звезда? Вот здесь пределы разные. Меньше всего сжимается до состояния так называемого карлика. Белого, жёлтого карлика, коричневого. Это всё равно карлики. Наша земля сожмётся до размеров вот такого жёлтого карлика. Да. Причём как земля сожмётся? Да, сожмётся. Сожмётся. Ну нене не извините, я я всегда Солнце сожмётся. Дадада. Я оговаривался. Солнце солнце сожмётся до этих размеров. Причём здесь как это сколько в сантиметрах? В сантиметрах в на это, ну, на самом деле, наверное, не в сантиметрах, но в километрах, да? То есть совсем маленькой будет, да? Вот. Ээ, но м а как здесь произойдёт? Это не не вся масса, не всё солнце сожмётся, да? А часть а часть наоборот разлетится и образуется так называемый красный гигант. Вот тогда Земля погибнет. Потому что красный гигант, там большая энергия, ну, просто сгорит всё на Земле. И вообще вся солнечный семь, все планеты, они просто сгорят, да? Ну, сгорят, расплавятся там. В общем, вот вот такой процесс.
Но если бы солнца было побольше, не сильно побольше, я точно не скажу, ну, скажем, по массе, ну, раза в два даже побольше или там 2 с поно, то процесс пошёл бы примерно так же, образовался этот гигант, да, но тяготение было бы достаточно для того, чтобы сжать вот это изначальное, ну, другое солнце, да, такое побольше, до состояния, которое называется нейтронная звезда. Да. То есть там вот останутся в основном нейтроны, да? Вот они останутся, они очень плотные будут, ещё меньше будет размер, чем я сказал, может быть, там сотни метров, да? И при этом ээ возникнет, ну, это обычно всегда бывает, но вот с нейтронными звёздами это точно случается, возник некое вращение, ну, изначальное вращение, давайте так скажем. Солнце вращается, да? Угу. Понятно. Вот. Но значит, если мы будем его сжимать, что будет с его скоростью? Она будет возрастать. Ну, понятно. Вот как, да, вы руки закрутились, прижимаете к себе и быстрее вращаетесь. То же самое со звездой, которая сжимается. Всё быстрее, быстрее. И вот, наконец, она сжимается до состояния пульсара.
Сейчас скажу, почему пульсар нейтронной звезды. А пульсар вот почему. Потому что при вращении, да, вот магнитное поле тоже, ну, генерируется и довольно мощное магнитное поле. Вот. И с помощью этого магнитного поля не часть материала этой нейтронной звезды выбрасывается в космос, да? Это образуется некий луч такой примерно, ну, вдоль оси вращения, да, вращающийся луч, да, и вот этот луч, если он где-то там на пути встречает ну наблюдателя, да, то с периодом вращения вот он будет проходить через наблюдатель. Лучше, ну, это излучение, да, излучение - это вот ээ в том числе ээ и излучение, скажем, в рентгеновском диапазоне, да, то есть вот в таком диапазоне. И вот это излучение, оно, значит, наблюдателем на Земле фиксируется. Угу. И таким образом, ну, определяются, ну, различные интересующие наблюдатели параметры вот этого пульсара. Вот я раньше говорил об аспирантке, которая обнаружила вот такой якобы искусственного происхождения. Сигнал это вот был как раз такой сильно периодический сигнал пульсара. Там период секунды или даже там миллисекунды очень быстро вращается, да. Вот. И на самом деле сейчас пытаются вот этот эти сигналы пульсаров использовать для прикладных целей. Но когда говорят слово прикладной, да, то по старинке имеют в виду военные, конечно, цели, да, такой эфимизм, но на самом деле не обязательно для военных целей, для навигационных целей, да, потому что такой очень устойчивый сигнал, который там зависит от положения вот этого пульсара и так далее, может быть использован для навигации, в принципе. Угу. Как координата, да, от которой отталкивается. Ну да, да, да, примерно так. Это не не совсем так уж очевидно. Это нужно такие более серьёзные пояснения, как это сделать. Но, в принципе, это возможно. И это чем это хорошо, скажем, для тех, кто хочет получить устойчивую навигацию, независимую там от всяких устройств для подавления сигналов, да? Вот это подавить невозможно, просто невозможно. Ну, как раньше ходили по морю по звёздам, так и теперь по Да, совершенно верно. Да, да, да. Вот. Но здесь другого характера. Звезда просто вот там она яркая, а здесь есть некие некий устойчивый период. Очень устойчивыйгу, да. Вот в принципе можно это сделать, но это получается очень дорого. Ну прямо ну совсем дорого, понимаете? И поэтому вряд ли это имеет состояние на нынешний на сегодняшний день перспективы, да. Но на самом деле, кто знает, может быть, здесь тоже технологии как-то продвинутся, и как как-нибудь лет через 20 мы проснёмся, у нас уже навигация строится исключительно на пульсарах, то есть нейтронных звёздах. Но пока, в общем, такая перспектива не выглядит реалистичной, да. Ну, в принципе, вот интересно, да, физическим законом это коробка GPS раньше тоже была большая и дорогая. А, да, да, да, да, да, да, совершенно верно. Да. Так что кто знает, вот сейчас на эту минуту это не выглядит так действительно перспективным, но это возможно. То есть если есть у вас ресурсы, да, то можете это сделать.
А вот про чёрные дыры всё-таки, э, я прочитал, что есть парадокс информации в чёрных дырах. Можете рассказать, что это такое? Да, действительно, есть такой, ну, это выглядит как парадокс. Может быть, это и есть парадокс. Дело в том, что, смотрите, ведь всё в этом мире оставляет свой отпечаток, правильно? Так, все события, да, вот все события, которые, во всяком случае, регистрируются, ну, каким способом? Ну, фотонами, да. Угу. Это фотоны можем зафиксировать, да, там ПЗС-матрице когда-то ещё раньше на плёнке такой обычной, да, может быть, и сейчас так делают. Вот. И всё, вроде бы здесь выглядит понятно. Э, и мы ожидаем, что для любого потока фотонов есть возможность их как-то зафиксировать, зарегистрировать и так далее. для любого, но не любого. Если этот поток фотону, да, попал уже поле влияния чёрной дыры, то всё. Угу. Туда ушёл и никогда не вернётся. Ну а поток фотонов - это, в общем, поток информации, на самом деле, да? То есть эта информация пропала навсегда, да? Мы её не можем восстановить, понимаете? То есть, если какие-то изображения, например, изображение несла себе это, то всё, да, это исчезло. Ну вот это, не знаю, парадокс это, не парадокс, но это выглядит иначе, чем любые другие потоки фотонов, которые при регистрации мы можем, ну, так скажем, зафиксировать, запечатлеть, запомнить, ну, навсегда или навсегда, надолго, да, запомнить.
А, ну слушайте, это немножко, знаете, звучит для меня как та аналогия со Шрёдером. То есть во многих компаниях, например, да, есть такая проблема, что нужно как-то уничтожать конфиденциальную информацию в больших масштабах. Да. Да. И оказывается это не это не просто, да. Покупают шрёдеры, но если ты через шрёдер что-то измельчил, это потом можно склеить. В общем, действительно нетривиальная задача оказывается. И получается, что чёрная дыра - это такой универсальный универсальная урна уничтожения любой информации. Вы знаете, здесь же есть история в связи со шлёдером. Вспомним, что была какая-то та когда-то такая страна, германская демократическая республика, которую больше называли как просто ГДР, да? А некоторые, чтобы так обидеть, говорили Гдре. Вот. Ну вот так тоже говорили. Восточной Германии говорили. Вот в Восточная Германия, Эдти времена помню, никогда не говорили. Либо это ГДР, либо чуть-чуть так снисходительное Гдрия. ГДР, да. Угу. Вот. Ну, ГДР ушла, но там же бы была не только ГДР, а там же внутри ГДР были соответствующие службы. Да, да, да. Ну, я не буду называть аналогов у нас, да. А там это называлось Штази, да, музеи есть. в бывшем офисе. Вот да, Штазий. И, может быть, вы даже помните, кто был глава Штазии. Ну, это неважно. Помните, не помните. Эрик Хуникер, наверное, да? Нет, Эрик Хольник, ну, что он был ген эквивалентом генсекто. Ну, известный человек, я сейчас забыл его фамилию, очень интересная, интересная биография, на мой взгляд, просто выдающийся. Ну вот так что сделали в ГДР, когда ГДР перестала существовать? Конечно же, отправили все эти секретные документы Шрёдер. Угу. Да. Но, э, Шрёдер был, ну, как он не совсем уж мелкие кусочки, ну, какие-то полоски. А что сделали потом, ээ, немцы, которые, ну, там стали управлять? Они то, что было загнано в шлёдр, с помощью компьютеров восстановили. Можете представить? То есть вся эта секретная документация была расшифрована, да? То есть в это время уже мощности вычислительных машин были достаточно для того, чтобы вот это восстановить. Да. Ну вот. Да. Но вот если бы это попало в чёрную дыру, я бы думаю, что не удалось восстановить. [смех] Насколько я знаю, в Германии даже ты можешь есть открытый архив, в котором ты можешь поискать ту информацию своих родственников в ГДР, которая, собственно, у штазе хранилась, которая восстановлены из этих архивов. Да, я слышал об этом тоже, да. Так что Да, ну ладно. Это мы сним чуть отвлеклись. Ну, отвлеклись в тем, что вот вы сказали, что чёрная дыра работает в каком-то смысле как шрёр. Да, очень хороший шёдор. Да, ну действительно, действительно такой образ, по-моему, вполне подходящий, да, если это как-то даёт лучшее понимание процессу, то может быть, да, действительно, это, ну, то есть сила притяжения в чёрной дыре настолько сильная, что она затягивает даже свет. Да, совершенно верно, даже свет.
Ну, на самом деле, на свет тяготение действует, да? Это сейчас, кстати говоря, мм, это ээ всё больше и больше предлагается применять для астрофизики, да, то есть с помощью вот, ээ, использования притяжения, ну, больших таких ээ массивных объектов, да, строит что-то вроде гравитационных линз. И тогда, оказывается, можно вот эти экзопланеты, ну, просто в каком-то смысле, ну, это процесс некий, да, ээ, увидеть, просто увидеть с помощью вот таких линз. Дело в том, что ведь что касается экзопланет, то до последнего времени, хотя их понадкрывали очень много, да, вот я сказал 5.500, но их никто не видел. Ну, что значит не видел? Вот изображение в телескопе, да? Угу. Вот такого нет. А их обнаруживали по их действию на на родительские звёзды. А, ух ты. Вот. Да. Вот вот таким образом можно об этом подробнее рассказать, но, наверное, сейчас не будем здесь отвлекаться. Тоже это тоже, на самом деле, стало возможно благодаря э ну технологическому прорыву, да? То есть здесь, если так в двух словах сказать, там же меряются, измеряются спектры. Вот и спектры на уровне там, скажем, ну, гигарц, ну, больше до гигагерц. Ладно, на этом остановимся, да? Орон гигарц герц, да, представляете? То есть это точность, ну, там лучше, чем миллионы, однамиллионная, да? Вот, вот это научились делать, да? И вот по этому вот дрожанию обнаруживали, ну, изменению спектра и обнаружили вот эти самые спектр больших, ну, родительских звёзд, обнаруживали присутствие вот тех самых, ээ, планет, которые вокруг этих звёзд вращаются. То есть это здесь такой общий прогресс технологический позволил вот сделать такой прорыв.
А я правильно понимаю, что вы учились в мои? Да, я учился в мои. Ну, если уж рассказывать, где я учился, я учился ещё и, ну, учился и завершил, закончил, да, механико-математический факультет. Ага. Ну, я к тому, что вы в том числе и авиационный инженер. Да. Да. Тогда за инженерию буду спрашивать. Если вы спросите, как устроен реактивный двигатель, я могу вам рассказать. Да. Тогда вопрос такой. А в перспективе человек в принципе может вылететь за пределы солнечной системы астронавт-космонавт или это физически невозможно за пределы солнечной системы. Вы знаете, как это неудивительно. Ну если только такая задача вылетить за предел и всё. Да. Угу. Может, может, да. Ага. Может. То есть времени хватит. Ну, если человек, ну, скажем, время жизни 100 лет. Ну, ладно, не 100 лет, 70 можно. Угу. Можно, да. То есть 70 лет примерно вылетать. Да. Да. Ну это на самом деле ведь очень легко вспомнить. Войджеры они же меньше летели, да? Ну я с запасом взял, да? Войджеры там 40 что ли? Около со0ка, да. Вот так. А они уже вылетели, да? Они вылетели, да? То есть это это можно сделать и если хочется. Это реалистично. Не очень понятно, как вернуться назад. Ну понятно, что это в один конец дорога, да? Да.
А если из как разумных целей для путешествия человека в космосе, то какая самая дальняя точка? Это Марс или куда-то ещё имеет смысл полететь? Есть, есть смысл куда-то ещё. Это на самом деле это стало ясно тоже буквально в последние годы. Это знаете что интересное? Ээ ну цель полёта это мм спутники Юпитера. Да. Я даже скажу, какие наиболее интересные. Это, наверное, Европа наиболее интересная, да? Вот спутники ээ Сатурна, да, и там наиболее интересен инцилат. Угу. И, наконец, спутник ээ Нептуна это Тритон. Чем они все замечательны? тем, что сейчас все считают доказанным, что у них есть ээ есть вода. Угу. Это вода под под слоем льда такого водяного льда, да? И причём на всех этих спутниках вот планет гигантов там подо льдом такая вполне приемлемая температура. Тепло. Угу. Да. Ну, объяснение, почему тепло? Объяснение вот какое. Довольно простое, и с этим все согласны. Это так называемое приливное трение. То есть под воздействием под воздействием своих, ну, больших планет, как они вращается, да, вот эти их спутники так слегка вытягиваются. Ну, так же, как Луна под воздействием Земли и Земля, где приливы эти, ну, приливы на Земле наиболее такой подходящий. И когда вот они так растягиваются, сжимаются, выделяется тепло. Угу. И это этого тепла достаточно для того, чтобы, ну, заподозрить, что там, может быть, есть жизнь, ну, может быть, неразумная, но какая-то есть. И сейчас вот те исследования, на которые в первую очередь и нацелены предстоящие миссии, они ээ включают в себя проверку вот этой гипотезы а нет ли там жизни. Это не очень просто как-то проверить, но может быть, и можно, потому что если вернуться к Сатурну с его инциладом, а впрочем, и к Европе можно, да, там ведь Европа - это спутник, который покрыт льдом. Но интересно, что под действием вот этих же приливных сил вот этот лёд, он трескается, и сквозь него бьют фонтаны воды. Если вы Угу. этот фонтан поисследовать, вдруг там какая-нибудь микробная жизнь. Вот это очень интересно, да? То есть сейчас считает, что найти там жизнь, быть может, ээ скорее или удастся, чем, скажем, на Марсе. Ну, до сих пор всё время на Марсе искали, сейчас ищем, да? А вот в этих отдалённых уже неблизких, так скажем, районах солнечной системы, вдруг там окажется, может оказаться, сейчас так считают, с большей вероятностью, что вот жизнь там действительно существует. И сколько до них лететь? А, довольно быстро можно долететь до Юпитера. Ну, за 5 лет запросто этого. Никаких проблем. Ну, может даже быстрее, да. Может, там за 3 года долетит. Вот. Так что это всё достижимо. Да, и может быть, мы с вами будем свидетелями того, как вдруг действительно обнаружит там жизнь.
Я почему об этом говорю? Потому что ведь сейчас же мм ээ много на самом деле обсуждений ээ возможности построить некий запасной аэродром для цивилизации, которая существует на Земле. Да, да, да, да. Ну вот и вот правда я, честно говоря, когда я это слышу, мне всегда м эта как гипотеза, идея кажется немножко странной. Ну, казалось бы, то есть наша планета, но она идеально приспособлена для жизни, как мы видим, да? И здесь всё всё прекрасно с этим. И перспектива переселяться на Луну, Марс или там какие-то спутники. Те издержки, которые мы как организмы получим, кажутся такими высокими, что вообще непонятно, а ради чего такая игра. Нет, здесь вы совершенно правы. Все, значит, вот условия на всех этих планетах, конечно же, человеку враждебны. Хостайл, если по-английски, да, всюду. Но, понимаете, а если просто некуда будет деться, да, мало ли что там произойдёт, да? А что может произойти у нас, что не произойдёт на Марсе? О, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Мировая война с применением ядерного оружия. Сразу А, ну в этом смысле. Ну всех не вывезешь тогда. Да, да. Ну ладно. Мировая война - это как-то крайний какой-то случай, который даже не хочется. В этот момент будет не до космических полётов, как будто бы. Поэтому запасной аэродром заранее там вот то, что предлагает Маск, там будет колония, которая будет гарантией того, что человеческая раса выживет, несмотря на это, да? Ну давайте эту гипотезу отнесём к фантастическим. Но есть гипотезы нефантастические, и это встреча с астероидом. Угу. Ну, есть люди, которые специализируются постероидам, и они, э, на вопрос ээ как там с этими астероидами прилетят, не прилетят, вот такие опасные, которые могут покончить с цивилизацией, вообще человечеством на Земле. Да, такие астероиды существуют, слава богу, они все промахиваются. Ну вот когда задаётся такой вопрос, да, прилетят точно прилетят. Угу. 100% вопрос, когда вопрос, когда, да. И что это не просто такие голые рассуждения, но можно обратиться к прошлому земли, да, и в прошлом вы помните, скажем, это точно установлено, это 55 млн лет назад, когда было массовое вымирание, да, в результате встречи с астероидом. Динозаврум не повезло, да. Ну, а если к нашим дням вернуться, вот к нашим вот сейчас, то я вам напомню, что 13 апреля двадцать девятого года к нам прилетит астероид. Так, астероид апофис. Угу. Но он промахнётся. Но промахнётся совсем чуть-чуть. Он промахнётся всего на 30.000 км. Угу. То есть он пролетит мимо земли ближе, чем ээ гестационарные спутники, да? То есть в принципе и 30.000 км - это меньше, чем длина экватора. Да. Да, это меньше. Это меньше. Ну я напомню вам, на какой высоте летают геостационары. Они на высоте над поверхностью 36.000 км. Угу. То есть это ниже. То есть, вообще говоря, вот, ну это все скажут: "О, там мне не очень хорошо сейчас известно". Ну, ну, с точностью до сотни метров известна эта орбита. Он точно промахнётся. Промахнётся, да. Вот точно про Я должен сказать, что когда его открыли, этот астероид, его открыли в 2004 году. Ну, чтобы понять, что он не очень маленький, я вам скажу, какие у него размеры. У него поперечник, ну, примерно 350 м. Это как-то не впечатляет? Я тогда скажу, а сколько он весит? Он весит 50 млн тонн. Угу. Да. То есть это это катастрофа не региональная, понимаете? Ну вот. Но слава богу, он мимо пролетит, да. И про астероиды - это на самом деле те, которые открыты, да, и которые называются называют так вот класс околоземных. Ээ вот про них траектории ээ можно сказать. Какие у них траектории даже? Какие у них характеристики таких астероидов? Примерно 30.000. Угу. Вот примерно 30.000. Вот из них представляет угрозу вот ээ ну в каком-то отдалённом будущем около 5.000 реально могут вот из тех, что известно, да, известно, значит, их траектория известна и предсказывается надолго вперёд. Ну как надолго, на 100 лет примерно, да? Угу. Вот. А есть два астероида, которые могут столкнуться. Это пену и Рюгу. Вот они где-то там через 100 лет, в принципе, могут столкнуться, но здесь уже не очень точное предсказание, да. Ну вот состояние на сегодня, да, могут. [кашель] Но [откашливается] астероидов, которых, которые ещё не открыли, ну и по оценкам, которые могут представлять опасность, их много больше. Да, их около 100.000. Их всё время открывает. Открывает примерно каждую неделю несколько штук открывает. Так, сейчас тревожность зрителя, значит, растёт по экспоненте просто, да. Ну вот так. Что вот такая история с этими астероидами. И здесь, на самом деле, этим специально занимаются люди, которые пытаются предложить способы защиты от этих астероидов. Да, ну такие способы, в принципе, ээ можно реализовать, но это, в общем, требует ну ещё дополнительных э исследований и разработок, вот так скажем. Угу. Но эта угроза, в принципе, преодолима.
А вот тот, который пролетит в двадцать девятом году, он близко пролетит, получается. Это как-то будет воздействовать на на планету, которая под ним, на людей, которые под ним? Какое-нибудь излучение там от него? Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет. Нет, всё нормально. Ну вот я говорю, что может быть пострадают спутники. Спутники, да. Вот могут могут пострадать, да? Ну а его будет видно, да? А с какой стороны земли он будет лететь, это известно уже? Ух, это известно, но я сейчас не могу сказать с какой стороны. Да, я просто не помню. Да. Ага, хорошо. Ну, поближе, да, это будет, конечно, чем ближе, тем больше будет интерес к этому. Да. Сейчас пока двадцать девятый год, кажется, это не скоро, но это скоро. Если бы нужно было его отклонять, нужно было бы уже засучить рукава и изо всех сил заняться этим. Но вот я начал говорить, что когда в 2004 году его открыли, то поначалу оценки были такие, что он попадёт. Угу. Не с очень большой вероятностью, то, ну, вероятность оценивалась примерно 3-5% где-то. Но это большая вероятность, учитывая последствия. Последствия - это катастрофа, не региональная. И, конечно, все испугались и стали как следует готовиться к этому, как с точки зрения отклонения возможного, да, так и с точки зрения поиска новых астероидов, так и главное уточнить его орбиту. Угу. Да. И на это были выделены, ну, конечно, в основном американцами очень заметные деньги, да? Ну, как можно судить, что очень заметно, я сейчас вам скажу, как. Вот. Но в 2011 году, когда он близко пролетал, вот установили, что он нет, гарантированно промахнётся. До до 2011 года были в напряжении. Угу. Попадёт, не попадёт, да. Вот нам повезло, да. Ну вот все говорят, а в следующий раз может быть и так повезёт, правда. Поэтому это проблема существует. И быть может это не совсем дурацкая идея организовать запасной аэродром на такой случай. Да. Угу. По что если астероид, то, в общем, человечество как таковое может исчезнуть, и не только человечество, да? А тут, пожалуйста, в тяжёлых условиях, но всё-таки как-то выживет. Правильно.
Ещё вопрос к космическому инженеру. А что сейчас технически мешает долететь до Марса или до спутника Европы? Какие проблемы технические предстоит решить? Э, вот давайте скажем о Марсе говорит, да? Ээ, тем более, что мне легко говорить, я просто могу цитировать Маска, да, он хочет уже где-то там чуть ли не в тридцатом году отправиться на Маск. Оптимист человек. Ну, мне кажется, что он здесь чуть-чуть перебарщивает с оптимизмом. Но, в принципе, в тридцатые годы такую экспедицию можно организовать. То есть это технически возможно, да? То есть здесь нет проблем. Там, знаете, какие проблемы? Они, в общем, нельзя сказать, что нерешаемые, да, и о них говорилось. Это проблема радиации, да. Угу. Но на самом деле, э, смотрите, каждый скажет: "А как же космонавты? Летают по полтора года и ничего". Значит, экспедиция на Марса обратно, ну, это, ну, 2 года. Угу. Вот так вот. Космонавты летали сейчас по полтора года и остались живы и здоровы, слава богу, да? То есть вроде нормально. Но я напомню, что космонавты летают под радиационными поясами. Угу. То есть там уровень радиации меньше меньше, естественно, чем в радиационных поясах. В радиационных поясах это вообще ну недопустимо там летать, да? Ну если летать, пролетали и пролетели всё, скажем, на луну летят через радиационные пояса придётся пролететь, но это быстренько и всё. Там они не схватят такую недопустимую дозу, да? То есть, ну, чуть-чуть, конечно, повышенная будет, да. Вот. А дальше вот просто в космосе не летят и там
выше, чем под радиционными поясами, но выше, ну, ну, в три раза, скажем, да. В общем, это неприятно, но терпимо. То есть вот это путешествие туда и обратно все выдержат, никто не умрёт ни от рака, ни от лучевой болезни. Это вот точно можно сказать.
Но есть одно, но. Во-первых, есть вспышки на солнце. Угу. Да. И тогда поток протонов будет, да, посерьёзнее, да? То есть это уже не вот это соотношение там в три раза, да? Но самое неприятное - это ээ галактические вспышки, да? Это вспышки, которые пришли, ну, вот эти потоки, ну, скажем, от тех же тех же пульсаров или ещё от каких-то событий во Вселенной, да? Вот это очень мощные вспышки. И здесь можно действительно пострадать, да, и предсказать, когда это будет, невозможно. Ну, просто невозможно и всё, да. И, ну, здесь предлагают тоже способы какие-то. Вот на случай, если такая вспышка как-то там зарегистрирована, срочно где-то там спрятаться в чём-то железном или свинцовом, да? Угу. Вот. То есть есть риск, ну, он, в общем, как-то не то, чтобы непреодолимый риск, да, то есть который, так сказать, не может, который нельзя свести к приемлемому уровню по воздействию на человека, да? То есть это, в общем, не является препятствием для таким серьёзным препятствием, непреодолимым для путешествия, скажем, вот на на Марс, да. Угу. Вот.
Ээ, ну, а если говорить о, ээ, путешествия куда-то дальше, вот к тому же Юпитеру, ну вот здесь, конечно, уже сложнее, да, и сложнее. Ээ как вы думаете, почему? Ну, м, допустим, мы готовы лететь 5 лет, как-то мы, да, там вот какая штука. Так, ну, припасы, не знаю, кислород. Ну, кислород, наверное, можно сжать таких. Ну да, конечно, это больше. Ну вот, допустим, мы это как-то решаем. Я просто хочу сказать, что там есть более серьёзные проблемы. Дело в том, что у Юпитера вот там под, ну, в районе радиционных поясов их придётся проходить. Радиация, ну, в сотню раз больше, чем даже больше, чем у Земли. И вот это там действительно проблема, понимаете? У вот если говорить о аппаратуре, приборах, то это, в общем, можно как-то с этим справиться, хотя это на пределе, да? А если о человеке, то здесь непонятно, может быть, ну, по состоянию на сегодняшний день невозможно. Угу. Понимаете? Так что если мы переходим к этой идее вот использования спутников Юпитера, то там вот эта проблема становится заметно серьёзной. Хотя, в общем, ээ сказать, что она нерешаемая, этого нельзя. Знаете, почему? Потому что если действительно там экспедиция, да, или как-то подлёд мы уже нырнули, то там уже всё нормально, лёд закрывает от этой Угу. радиации, да? То есть в этом плане, да, можно решить, но это уже точно не в тридцатые годы, а существенно позднее.
А вы сказали на Марс туда и обратно. То есть вы думаете, что можно сделать возвратную экспедицию? Вот на Марс туда и обратно. Что имеется в виду? Прилетели, да? Угу. достигли поверхности. Не буду я говорить, приморсились, да? Достигли поверхности, провели какие-то там исследования, да, и дальше нужно лететь обратно. Но проблема, значит, лететь до Марса месяца всем примерно. Вот так. Но сразу возвращаться на Землю не получается, потому что мы можем летать и на Марс, и обратно в окна некие. Да. Ну что значит окна? Это те интервалы времени, когда, ээ затраты топлива на разгон к Марсу, это когда мы стартуем в Земле, или к Земле, когда мы стартуем, приемлемых ну приемлемых границах, да? Угу. Допустимых границах, да. Ну, не так много нужно израсходовать, что это, ну, делать невозможным, да, эту экспедицию. Вот это эти интервалы э-э запуска, окна запуска, да, они примерно недели по три, да, когда можно и в ту сторону, и обратно. Вот. Но они, ээ, наступают не сразу один, то есть прилетел и сразу улетел. Нет, окно нужно дождаться окна. Поэтому там подождать, когда возникнет окно, да, это там, скажем, полгода, да, вот примерно. И после этого мы возвращаемся обратно.
А, то есть надо дождаться подходящего положения на орбите. Да. Дадада. Совершенно верно. Совершенно именно так. Поэтому это чуть длиннее, чем если мы сложим путешествие туда и путешествие обратно. Ещё есть интервал ожидания на Марсе, поэтому это, ну, то есть, ну, у Марса всё-таки притяжение ну ниже, чем на Земле, да? Я не помню, сколько ниже, конечно, оно ниже. Ниже в три раза ниже. 30%, да? Да. А, но тем не менее нужно много энергии, чтобы взлететь с такой планеты тоже. Конечно, конечно. Да, много, много энергии, это меньше, чем на Земле, но, ну, не, не то, что принципиально, меньше, да, вы правы совершенно. Да, именно так. То есть вы хотите сказать, можно туда отправить такой аппарат, э, такую ракету, которая туда приморсится и обратно сможет залететь. Да, да, именно так. Да, именно так. Интересно, да. Но как же иначе? Это на основе уже вот этих модулей, которые сейчас SpaceX запускают, вот эти, которые сами садятся многоразовые, или это какая-то другая? Нет, это большой, это у них это у маска вот такой такой носитель ээ пока ещё успешно не полетел. Ну, была первая попытка неудачная, да, ну, ещё раз попробует, да? То есть вот есть такой суперноситель. Я могу, так сказать, его характеристики назвать. Ну вот то, что я навезусь помню, это ну почти 5.000 тонн. Ну это вам, наверное, мало о чём говорит. Э поэтому я скажу, какая была взлётная масса у американского Сатурна 5, который использовали, да, там, ну, почти 3.000 тон, да? То есть здесь, ну, почти в два раза. Угу. Да, больше нужно, да. Мне кажется, на самом деле ещё больше нужно, но вот, по крайней мере, как точка отсчёта, вот эта цифра 5.000 тон, э, вот это такой носитель нужно, если мы хотим одним носителем запускать, нужно разработать, отладить, да, испытать и вот потом с ним, на нём отправляться на Марс.
Если говорить про путешествие жизни между планетами по космосу, есть такой термин панспермия, да, то есть перенос живой материи в космосе. Это доказанная гипотеза или всё ещё в рамках теории? И как это может может работать? Это, конечно же, в рамках теории, да? Угу. В рамках теории. Но здесь всегда как разные, ээ уровни оценки гипотезы, да? Вот, скажем, гипотеза, которая приводит к противоречию с физическим закона. Нет, здесь не противо нет противоречий, да? Угу. Вот. Ээ дальше уровень, когда м да не противоречит, может быть реализовано, но ещё не было реализовано. И третий, когда, да, вот это доказано экспериментом, да, вот, пожалуйста, какие-то микробы привезли из космоса, вот которых нет здесь. Вот вам, пожалуйста, факт такой. Угу. Транспермии. А сам эксперименты, наверное, можно поставить, то есть взять с МКС, запустить какой-нибудь камешек на землю, наверное, можно. Я сейчас вам расскажу вот о чём. В этой солнечной системе всякие столкновения там с стероидами, они продолжаются. Они не в той мере, как это было в период так называемой тяжёлой бомбардировки. Вот вы смотрите на Луну и видите, что она вся покрыта кратерами, да? Это вот результат тяжёлой бомбардировки. Был такой период в течение эволюции солнечной системы. Да, потом всё успокоилось, да, кратеры образуются, но уже, ну, сотни раз реже, чем это было когда. Вот. Но то же самое происходило и с другими планет, с Марсом, например. А когда вот сталкивается какой-то объект, ну, скажем, с Марсом, то он выбивает куски. Эти куски могут вылететь жутчайшей скоростью. Ну, что значит жучайшей? Со скоростью, которая позволит им долететь до Земли. Теперь вопрос: а были космической, да? Так вот, на Земле обнаружены те осколки, которые прилетели с Марса, да? Угу. Да. Ну, вы знаете, да? Ну вот, ну на них, конечно, никаких признаков вот какой-то неземной жизни, да, ну даже микробной, слава богу, не обнаружено, да, было бы хуже, если бы это обнаружили, да? То есть это означаетже А это же другие микроорганизмы, это же а могут быть очень опасные, да? Ну, конечно, это может быть какое-нибудь что-нибудь похлеще ковида, правильно? Угу. Вот, между прочим, вы знаете, в этой связи я, наверное, два слова скажу, использовав такой термин планетарная защита. Когда вот говорят планетарная защита, то, конечно, в первую очередь думают о защите Земли от астероидов. Вот. Угу. Но на самом деле планетарная защита имеет ещё и другое значение. Вот какое. Это защита других планет от нас. Угу. Да. Вот. И и это что означает? Это означает, что когда мы отправляем какой-нибудь космический аппарат, ну, на Марс, то там есть процедура, которая вот и называется планетарной защита. Вот этот самый аппарат, ну, та его часть, которая должна достичь, скажем, поверхности Марса, она подвергается жучайшей стерилизации. Угу. Да. чтобы, не дай бог, земные микробы не попали на Марс. Это очень дорогостоящая, непростая процедура, но она в обязательном порядке выполняется, да? Вот такая процедура. Вы спросите: "Ну, взлетели бы, ну, и чёрт с ними". Да. Да. Зачем? Оказывается, здесь главная цель, кто бы мог подумать, научные. Угу. Потому что мы всё-таки хотим найти микробы марсианские на Марсе. Угу. Вот мы их найдём после того, как туда слетали аппараты. Окажется, что это принесённые земные микробы, да? То есть частоту эксперимента мы Угу. нарушим, да, вот из этих соображений. Но это вполне всерьёз воспринимается. Это не просто какие-то разговорчики, это вполне такие жёстко прописанные процедуры и не менее жёстко выполняемые. Ну и это есть такая шутка. Есть ли жизнь на Марсе теперь? Да. Вово. Вот я не слышал о такой шутке, [смех] но хорошая шутка. Да, да, действительно интересно. Ну это это есть, мне кажется, поэтому ещё какой-то этический аспект тоже, что как бы это наша жизнь, давайте держать у нас. Безусловно, нечего её Да. Дадада. Да. Не, а что этические аспекты, мне кажется, они важнее даже всяких других. Интересно, потому что из них много чего, если мы их нарушаем, сильно неожиданного может произрасти. Это правда, да. Поэтому лучше их соблюдать, иначе себе дороже будет.
[музыка] Мы начали со Вселенной, и давайте закончим. Вот хочется поговорить про то, э, как может кончиться вселенная. То есть, во-первых, правильно ли я понимаю, что, ну, есть такое выражение, что Вселенная развивается по законам увеличения энтропии, то есть, грубо говоря, ну, как шума становится всё больше, да, неупорядоченной материи становится всё больше. И в конечном счёте мы все должны превратиться исчезает, всё приходит в беспорядок. Пол, мы должны превратиться в какую-то однородную массу, однородное желе, размазанное по Вселенной в итоге. Вы знаете, вот вы говорите об этом как о чём-то таком, ну, что не может быть. Угу. Но я ещё помню те времена, сейчас несколько всё это изменилось и всё не так определённо. Конец вселенной именно такое предполагался. И он назывался какое-то название было такое неожиданное. то ли то ли белое сияние, то ли что-то вот вроде этого, да, вот когда, ну, вот такой однородный совершенно тусклый свет, всё, что останется от Вселенной, да, вот такая финальная стадия, да, это я помнил, помню ещё была эта теория была изложена. Ну вот академик Новиков есть такой вот он занимался этими проблемами космологии и там все фазы развития ээ а вспомнил как это называется светлое будущее [смех] да вот как термин как термин святлое будущее то есть ничего вот такой туман чуть светящееся и больше ничего вот после вот всех этих очень долгих фаз развития но мне кажется что это как-то очень мрачно, а неправильно. Да, я скорее придерживаюсь вот нынешних таких предположений, ээ, что всё вот циклично, да, вот эти самые галактики как-то образуются, там умирает там сквозь проходя через фазы чёрных дыр и дальше до снова рассеяния, да, этот процесс бесконечный. Вот скорее, ну вот так. Если следовать нашим таким врождённым представлениям о мире, скорее вот я бы такую гипотезу принял. Угу. Такие непрерывные циклы, следующие одни один за другим, может быть, перемежающиеся по, так сказать, ээ своему уровню эволюции, да, где-то вот раннюю стадию эволюции, какая-то галактика, где-то более поздне. Ну, собственно, вот Джеймс Фэп, похоже, утверждает вот [музыка] скорее вот такую гипотезу, чем просто Большой взрыв.
На тан Эйсмон на этой позитивной ноте давайте и закончим. Хотя я уверен, что многие наши зрители растревожились на вашем фрагменте про астероиды. Э, друзья, мы в той или иной степени защищены, тем не менее, спасибо вам большое, было супер интересно. Спасибо за приглашение и спасибо, что посмотрели. Меня зовут Борис Еденский. Это проект Основа. Подписывайтесь, жмите колокольчики, лайк, чтобы новые выпуски не пропускать. Пока.