Удары по Москве: новая реальность. Новый Версальский договор. Цифровое слабоумие

Добрый мой день, господа. Это Юлия Латынина. Это код доступа.

Не забывайте на нас подписываться, не забывайте делиться, не забывайте ставить лайки. Кота пока нет. Оксь в процессе придёт.

А, собственно, главная тема, с которой, о которой я собиралась говорить, это удивительная капитуляция Трампа перед Ираном. Я как-то не ждал до последнего, что называется. Ну, естественно, её перебило зрелище летающей тарелки, которая взлетела эпически, я бы сказала, взлетела с московского НПЗ. И, собственно, всей той новой реальности, о которой я уже, собственно, много раз говорила, новой реальности, о политике истощения, которая будет приводить, в том числе, к увеличивающемуся количеству налётов на Москву.

Тут надо понимать, что с одной стороны, то есть тут несколько важных вещей надо сказать. А помимо того, что действительно вот эта тарелка летала совершенно эпически, и одна картинка стоит больше тысячи объяснений, видимо эту тарелку и жабы на её тему, вернее, крышку не раз увидим. И очень много существует гипотез насчёт того, что это была работа российского ПВО. Хотя вот скажу, что Руслан Лебеев, к моему удивлению, это не подтверждает и говорит, что он не уверен.

Но, собственно, неважно, была эта работа ПВО или не была работа ПВО, потому что важно, что впервые украинские дроны перенасытили оборону Москвы. Их было больше 200 штук непосредственно только сбитых около Москвы, а всего по России было запущено тыся дронов. Очевидно, что те несколько сот, которые были сбиты где-нибудь ещё в Брянской области, это всё равно те дроны, которые летели в Москву. Соответственно, оборона Москвы была перенасыщена. Несколько дронов, пять по подсчёту Левеева, прилетели в московский НПЗ, куда они, собственно, целись. И помимо вот этого резервуара, который выглядел, конечно, эпически, но особого вреда не нанёс, как я понимаю, подбита установка переработки, первичной переработки нефти, что является очень серьёзным.

И хотелось бы, кстати, с этом в этом смысле получить какие-то сведения от российских властей, что с ней на самом деле произошло, потому что а рассказам о том, что всё нормально, завод работает в штатном режиме, меры не очень есть, потому что это пропаганда. С одной стороны, точно также нет веры рассказам украинским о том, что всё, теперь завод не восстановится, кончилось и вообще всё в России, вот завтра будет революция обязательно. Вот все отчаются и свергнут Путина. Этому тоже, понятное дело, веры нет. Но хотелось бы иметь какие-то вещи объектив, какие-то средства объективного контроля, кроме спутниковых средств, на которых видно действительно серьёзные повреждения соответствующей установки первичного на, как я уже сказала, переработки нефти. Опять же, непонятно в каком объёме.

И вот, конечно, в таких случаях надо, чтобы, во-первых, это мэр сказал в полном объёме, а не типа того, что уже всё обчинили или сейчас починим. И, конечно, чтобы президент Путин обратился к населению и сказал типа так, мол, и так, а потому что стакан с одной стороны наполовину пуст, с другой наполовину полон. Всё-таки ещё раз повторяю, что по Москве летело несколько сот дронов, а прилетело пять. Если учесть, что по России летело 1ты000 дронов, ну, если если представить себе, что из этой тысячи дронов по Москве летело, ну, приблизительно 500. Кого-то перехватили около Москвы, кого-то перехватили, допустим, в Брянске. Ну что, получается, уровень попадания 1%. Это, конечно, не низкий уровень попаданий, это, конечно, хорошая работа ПВО, но понятно, что когда видишь, как горит капотня, это не очень утешает. рассказы о том, что, знаете, а вот если бы прилетели все, то капотня бы вся подчастую сгорела и и вообще бы сгорело всё.

А, соответственно, две причины, почему это будет возрастать и почему я об этом уже говорила. А, во-первых, мы видим, что принято решение в Европе на тройной на на истощение России. То есть, таким образом, у нас есть политика тройного истощения, о которой я подробно говорила на прошлой неделе, когда Россия истощает Украину, Европа истощает Россию, а США истощают Европу. А во-вторых, потому что существуют гигантские проблемы украинских войск на фронте. Помимо того, что они потихонечку теряют Константиновку, что на самом деле стратегически, конечно, важнее, чем один удар по российскому МПЗ, а даже по такой удачной, который для Украины, который попал по установке переработки, непосредственно по установке первичной переработки нефти. А тем не менее, поскольку стратегически украинские силы становятся всё слабее, более того, если мы сравним с двадцать вторым годом, это наглядно просто видно, потому что мы вспомним, какого рода наступательные операции проводила Украина в двадцать втором году, когда был Харьков, когда был когда была Харьковская наступательная операция, когда был Херсон. А мы вспомним, в конце концов, ещё совсем недавно украинские войска могли занять часть Курской области. Сейчас об этом даже близко речи не идёт. Украинские войска истощаются быстрее русских.

А в этой ситуации, в ситуации, когда Европа приняла решение воевать на истощение России, понятно, что Европа будет компенсировать именно за счёт предания Украине дополнительных ударных возможностей по тылам, чтобы как-то выровнять ситуацию и чтобы как-то вдохнуть бодрость в широкие массы потребителей телемарафона. Кроме этого, точно также понятно, а что, обратите внимание, долгое время стратегия Зеленского заключалась в том, чтобы всё просить у Запада с тем, чтобы втянуть в Запад войну, особенно дальнобойзные средства. И некоторое время назад он понял, что этого не произойдёт, что американцы не будут давать дальнобойные средства, которые приведут к третьей мировой войне, тем более приведут к ядерным ударам, что Украине не суждено сыграть роль Сербии.

И соответственно вот с одной стороны есть, казалось бы, я говорю две противоположные вещи. С одной стороны, есть Европа, которая теперь будет помогать Украине компенсировать всё более и более тяжёлое для украинских войск положения на поле боя за счёт дальнобойных ударов. А с другой стороны, есть компания FireP, которая будет разрабатывать эти дроны, который рано или поздно, сколько не ворую, разработает ракеты. Это понятно, это к гадалке не ходи. А, и я даже обращаю ваше внимание, что первый украинский дрон прилетел на прилетел в Кремль в мае двадцать третьего года. В этом смысле можно сказать, что прошло гигантское количество времени с того момента, когда первый украинский дрон, кстати, не принадлежал компании Firepon. Он принадлежал другой компании, которая, как я понимаю, принадлежит известному украинскому дронщику Касьянову и которая из-за этого была разогна, потому что и этот дрон был гораздо дешевле, чем дроны Фаерпоинта, чуть ли там то ли в пять, то ли в 10 раз. Сейчас уже точно не помню. А, в общем, короче говоря, с того момента, когда этот дрон ударил по Кремлю и до того момента, когда массово полетели дроны, прошло столько лет, что невольно думаешь: "А сколько же за это время успелые некоторые украинские компании, правильные украинские компании, освоить денег?" Ну вот, ещё раз повторяю, что сколько вы этих денег не осваиваете, рано или поздно эти дроны появятся. Тем более, как я уже сказала, что с одной стороны Зеленский понял, что милости от США не дождёшься, и приходится дроны делать ним. А с другой стороны европейцы приняли вот это решение. А с третьей стороны, мм, это я ещё раз повторяю, то то бедственное, то тяжёлое положение, которое есть Украины на фронте, неизбежно.

Причём, кстати, с обеих сторон будет компенсироваться всё более и более дальнобойными ударами, потому что в этой войне всё больше и больше появляются дальнобойные дроны. Они всё дальше и дальше летают. Они всё дальше и дальше летают у обоих сторон. И странно ожидать, что если Россия в таком количестве использует дроны и ракеты против Украины, Украина, когда наконец не все деньги будут украдены, будет отвечать, как я уже сказала, тем же. Поэтому, естественно, количество этих ударов только будет расти. И единственная защита тут - это усиление возможности ПВО. Но а я обращаю ваше внимание, что, как это ни странно звучит, характеристики работы российского ПВО, ну, на бумаге вообще были просто, как я уже сказал, совершенно прекрасные. Американская ПВО в таком количестве не сбивала иранские дроны. И с другой стороны, на бумаге-то оно хорошо, а гореть-то оно горит и достаточно 1%. И проблема заключается в том, что в современной войне эти дроны все невозможно перехватить в принципе, что с одной, что с другой стороны.

А, собственно, вот это вот содержательная часть того, что произошло в небе над Москвой. А потом я поговорю о пропагандистской составляющей, которая, на мой взгляд, тоже очень важна. Я даже, значит, специально выделила под эту маленькую, а, м, маленький маленький раздел, который я даже специально назвала цифровое слабоумие. Я предлагаю вам его дождаться, потому что это совершенно поразительно, что в современной войне есть одна вещь, которая происходит на поле боя. Она может быть очень серьёзной. Есть совершенно другая вещь, как это превращается в пропаганде. И есть совершенно поразительная вещь, какие навыки человеческом мозгу, стремление к новому использует пропаганда, а для ког для того, чтобы обратить превратить это в когнитивное оружие даже не просто против действительности, а против самого мозга человека. И как у людей, которые потребляют пропаганду, вне зависимости с той и с другой стороны, просто происходят необратимые нейрофизиологические, ещё раз подчёркиваю, благодаря нейропластичности мозга нейрофизиологические изменения мозгов. Но этот интересный и как бы более интересующий меня чем военная составляющая часть, мы оставим на следующее на на мы оставим чуть-чуть на погоде, потому что я перехожу к главной теме а того, о чём я хочу говорить, о новом Версальском договоре.

Напоминаю, что Трамп подписал договор с Ираном прямо непосредственно в Версале, прямо чуть ли не в том самом зале, где подписан Версальский договор, который, в сущности, договор о расчленении Австрии и от части Германии, который и привёл в значительной степени ко Второй мировой войне. А так вот потому что помимо того, что на наших глазах произошло действительно эпохальное событие, Трамп проиграл войну Ирану, будем называть вещи своими именами, я этого не ожидала, могу сказать честно. Вот мы буквально несколько дней назад спорили об этом с Александром Шелистом. И я могу сказать, что Шерест оказался значительно более прав в своих оценках, чем я, потому что ещё не было этого договора. И Шелист оказался прав в своих оценках. А так вот помимо того, что это очень важно, то, что произошло между Трампом и Ираном, очень важно, какое это имеет будет иметь последствия для российско-украинской войны, а потому что одно непосредственно отражается на другом.

Итак, что бы самое важное я хотела сказать? Давайте будем говорить на чистоту. А Трамп не достиг ни одной из целей своей войны с Ираном. Из чего следует, что он эту войну по очкам, почакам, естественно, не нокаутам проиграл. Напоминаю, какие были эти цели. Первое, это сделать, это причинить гигантскую неприятность Китая, Китаю и лишить Китая, одного из его важнейших нефтяных союзников и источника дешёвой нефти. Вот, собственно, это была стратегическая цель номер один, потому что это не столько была война против Ирана даже, а сколько война, гибридная война против Китая. Очень хорошая задумка, потому что Китай и по отношению Китая и США - это типичный пример ловушки фукедита. Это типичный пример ситуации, когда нисходящая держава, в данном случае США, боится восходящей сверхдержавы, в данном случае Китая, и пытается остановить её с помощью войны. Но поскольку в современном мире война между ядерными державами - это не комельфо, то, э, Трамп предпринял серию стратегических манёвров по обходу Китая. В частности в Венесуэле, Китае, а потом, видимо, в России. Он попытался бы лишить его дешёвой нефти. А в Венесуэле, сменив правительство, в Иране, сменив правительство с Россией, договорившись. Ну, помимо того, что с помимо того, что, значит, там с Венесуэлой и с Россией тоже никак-то не задалось и даже в Венесуэле мы не видим, несмотря на арест Мадуру особых подвижек. В Иране эта история полностью провалилась. И более того, Иран сейчас имеет большую лёгкость, очевидно, будет иметь большую лёгкость распоряжения своей нефти, чем раньше. То есть, ну, единственное, что он её, единственное, что Трамп, можно сказать, зашёл с другой стороны. То есть теперь, видимо, Иран будет иметь возможность продавать нефть не только Китаю, но типа вообще всем. Что ну, извините, а стоило ли ради этого начинать войну?

А вторая вещь, которую Трамп хотел - это смена режима в самом широком смысле слова. То есть или демократическая революция в Иране, которая покончитлами, или, по крайней мере, приход к власти каких-то других аитол, которые будут себя вести по отношению к Америке по-другому. Потому что, понятное дело, что не для того затевал Трамп войну, чтобы убить нескольких руководителей Ирана, даже в большом количестве, и для того, чтобы истребить какое-то количество ПВО и даже какое-то количество иранских ракет. Вот, например, для Израиля это было важно, а для Трампа, если честно, ровно сяк, потому что понятно, что всё равно эти иранские ракеты не особо угрожают США. Вторая часть мерлизонского балета тоже провалилась. В Иране осталось по духу прежнее руководство, и, наоборот, оно укрепилось после, ну, де-факто стратегически выигранной войны.

А пункт третий. Трамп, несомненно, начинал войну с Ираном, чтобы лишить Иран возможности сделать ядерное оружие, несмотря на то, что в договоре там написан фиговый листок о том, что Иран не будет заниматься ядерным оружием. Всем понятно, что а Иран будет продолжать работать над ядерным оружием. Б сейчас бросит над это всё усилия, потому что ток обладания ядерным оружием сохранит Иран от следующей войны. И таким образом эта третья стратегическая цель не удалась туже.

Ну и, наконец, четвёртая. Можно сказать, что одна из важных, хоте второстепенных стратегических целей Трампа заключалась в том, что Баран перестал превращать в Ближний Восток вот в этих перестал там финансировать гигантское количество проксил, всякие разные шидские ополчения, Хамас, Хизбалу и так далее. Здесь имеются определённые подвижки, точнее, здесь повыдерганы сорняки, хотя у них остались все корни. Но, во-первых, сорники эти повыдергал Израиль, а не Америка. Во-вторых, все корни остались. А в-третьих, ну, в принципе, невозможно справиться с этой стратегической задачей. Если у вас есть, допустим, сектор газа, в нём есть Хамас и негодующая международная общественность рассказывает, что только, ради бога, не тройте бедных несчастных палестинцев. Это вот их права на землю, с ними, с этими вот ничего нельзя сделать. А если там между этими замечательными людьми иногда произрастает Хамас, ну, видимо, это беда. Это вот тут вот проблемы нехороших израильских поселенцев. Короче говоря, в такой международном климате ничего с этим сделать стратегически было нельзя. Можно, как я уже сказала, подстригать только газончик, вырывая верхушки сорняков, что и было сделано. Но стратегически эта ситуация не меняет и не будет менять, видимо, до той поры, на пока на Ближнем Востоке есть нефть.

Таким образом, а что мы имеем? Мы имеем сверхдержаву, которая ещё недавно полностью гуляла по планете, как хотела. Я имею в виду Соединённые Штаты Америки и начинали те войны, которые хотели. Потому что в отличие от других стран, которым нельзя, Соединённым Штатам можно, как мы знаем, нарушать, можно, как мы знаем, начинать агрессивные войны. И в Югославии, и в Иране, и в Ираке. Главное, ну, как бы, чтобы предлог был хороший. А так вот мы имеем сверхдержаву, которая с девяносто первого года победила в холодной войне. Точнее, её противник самы разрушился. Спасибо, Борису Николаевич Яйцину за наше счастливое детство. И гуляла, как хотела. И вдруг оказалось, что эта сверхдержава не может сделать того, чего оно хочет. Эта ситуация существенно даже разная с Афганистаном, потому что понятное дело, что Афганистан не представлял собой стратегической угрозы Соединённым Штатам и, как бы, как бы сказать, не был ничиьим особенно союзником и по сравнению с Ираком. А потому что в Ираке, на самом деле, если вы посмотрите, Соединённые Штаты добились своего немытьёлтопкатаня. Это правда, что насадить в Ираке демократию не получилось. Но возникает же вопрос, а что было главной целью операции? Потому что если главной целью войны в Ираке было насадить демократию в Ираке, то получается, что Соединённые Штаты потерпели стратегическое поражение. А вот если главной целью операции в Ираке было уничтожить режим, который теоретически, а, мог бросать вызов Соединённым Штатам хотя бы на региональном уровне, и б а мог представлять из себя опасность в случае образования каких-то региональных союзов. Ну вот представьте себе, например, что сейчас Саддам Хусейн продолжал бы существовать и существующая ось Иран, Россия, Китай, она бы имела в себе также и Ирак. Как это не парадоксально с учётом вражды между Ираном и Ираком, ну, мелые роняться только любятся. Так вот, представьте себе, чтобы вот существовала такая ось и существовал бы Ирак, в котором есть серьёзная промышленность, есть серьёзные институты, есть серьёзные инженеры, есть серьёзная прикладная наука и есть оружие массового поражения, которое, кстати, напоминаю, до девяносто первого года Саддам Хусейн производил. Он производил оружие массового поражения. Просто после девяносто первого года он разоружился, он действительно разоружился, он действительно уничтожил это оружие. После чего на него подождали и напали. И оказалось, все окружающие страны, ещё Иран тогда сделали совершенно справедливый вывод, что не надо разоружаться, когда тебя просят, потому что, оказывается, пока у тебя есть оружие массового поражения, тебя не уничтожают до конца. А вот как только ты выполнил, требования этих замечательных международных организаций, вот тебя до конца и хлоп. Так вот, а если представить себе, конечно, что цель была демократия в Ираке, то Соединённые Штаты, получается там не выиграли. А вот если представить себе, что цель была уничтожение регионального соперника, который может вступать в стратегически неприятные союзы, то, как мы видим, она полностью достигнута. А что при этом страна, в которой была пусть страшная диктатура, но была промышленность наука, превратилась в страну, где бродят вооружённые банды и женщины ходят в чедрах. Ну, это что называется проблема этой страны. Я думаю, что, кстати говоря, конечно, когда Трамп атаковал Иран, то для него перспектива, что в Иране вместо демократии произойдёт то же самое, что в Иреке. Ну и Иран превратится, условно говоря, в Афганистан и свалится в каменный век, тоже полностью устраивала. И, собственно, по понятным причинам она устраивала Израиль. Потому что, ещё раз повторяю, когда речь идёт о геополитике, а когда тушат пожар, не смотрят ще стали вода, смотрят о то, что выгодно вашей стране, а не о то, что заботятся о благе вашей страны, а не заботятся о благе чужой страны. Это совершенно нормально. Просто, как говорил Варенуха, врать не надо по телефону, хамить не надо по телефону. притворяться не надо по телевизору. А так вот, значит, соответственно, как мы видим, это я уже забыла договорить, что и задача превращения Ирака в кровавый, в Ирано- кровавый хаос тоже не удалась Трампу. Таким образом, всё, что мы имеем, мы имеем, а, Иран, который вышел из этой ситуации, политически более сильным. Очевидно, что ему в какое-то ближайшее время не угрожает революция, и сильно сомневаюсь, что ему в ближайшее время угрожают какие-то перемены. А скорее всего, это будет, конечно, она не получит, эта страна никаких 350 млрд долларов, потому что мы видим, что немедленно, да, там уже Иран опять перекрывает Армузский пролив, опять что-то требует. Я думаю, что стороны разойдутся и останутся при своём, и не будут сняты с Ирана наиболее существенные санкции, которые Трамп, как в виде морковки обещает снять в обмен на то, то и то, и то. Вот это вот как раз вот эта вот вся часть мерлизонского балета с обширными инвестициями в Уран и прочее не произойдёт. А, но есть самое главное. Соединённые Штаты признали тот факт, что им не удалось достичь своих стратегических целей. А между тем эти стратегические цели не ограничивались Ираном. А эти стратегические цели были гибридная война против Китая, ну или там против Китая и всех его союзников, включая Россию. Значит, соответственно это очень сильно меняет глобальное положение в мире, потому что это означает, грубо говоря, что Соединённые Штаты больше не о сверхдержавы, которая единолично диктует все правила игры.

Это также непосредственно сказывается на театре военных действий, которые сейчас представляет, театре гибридных военных действий, которые сейчас представляет из себя Европа. А потому что мы видим, что одновременно очень сильно меняется отношения между США и Европой. Пока Соединённые Штаты были сверхдержавой, Европа в лице НАТО, в меньшей степени в Евросоюза, но в первую очередь в лице НАТО, была коллекция американских буферных государств, которые выполняют ровно ту же самую роль, которую всегда выполняют буферные государства в демократию. Ну, которую, например, выполняли в Афинском морском союзе полисы союзные Афинова. А это государство, которых, за которых ты не несёшь прямую ответственность. То есть, ну, тебе не надо париться, если с ними что-то плохое происходит. Но это государство, которые умножают твою силу. любое буферное государство, там СМ знаменитую книгу Лютвака про The Grand Strategy of Roman Empire заключается в том, что всё, что нехорошее происходит с буферным государством, происходит в самом буферном государстве, и оно оплачивает эти издержки. А входя в твою зону влияния и поставляя тебе, пусть в незначительном количестве войска, деньги и просто самоувеличение твоего влияния, буферное государство, соответственно, тебя подбирает. А, как я уже сказала, а когда, как, как я уже сказала, вот в течение всех с девяносто первого года и особенно с девяносто седьмого, Соединённые Штаты превращали Европу, особенно Восточную Европу в зону этих буферных государств. И это непременно должно было привести к столкновению с НАТО с Россией, потому что Россия с девяносто седьмого года была намеренно оставлена за пределами этого растущего союза, что автоматически означало, что рано или поздно конфликт с Россией произойдёт. А кроме того, а эти воферные государство А так вот, извините, что так, одну секундочку. Да, у нас Спасибо, это очень приятно. Покажите, пожалуйста, кота галстка. Он пришёл послушать лицу. А так вот на наших глазах ситуация отношения Европы и США радикально меняется. Оно, во-первых, меняется благодаря Трампу на политическом уровне, потому что, ну, то, что происходило между Европой и демократической партии США, можно так сказать сказать, что, знаете, была такая гидра, у которой тело было в Европе, а голова была демократическая партия США. Это был US США. Вот сейчас Трамп голову отрубил, а Гидра продолжает копашиться. А с другой стороны, ещё раз повторяю, пока у вас есть восходящая динамическая держава, пока у вас есть сфера держава, которая увеличивает свою сферу влияния, она может содержать в таком виде буферное государство, и она, как я уже сказала, получает от них прирост влияния. А вот когда только как только могущество такой державы начинает закатываться, то, соответственно, а начинают буферное государство, во-первых, от неё отпадать. Что мы, собственно, и видим на примере Евросоюза, который на наших глазах разделяется с США, происходит вот то, что называется декаплинг. И тогда лучшая стратегия нашей державы заключается в том, чтобы превратить это место в зону хаоса. Превратить, условно говоря, в один большой Ирак, типа ни себе, ни людям.

Вот обратите внимание, что то, что происходит внутри Европы, которая оказалась без Соединённых Штатов и приняла стратегическое решение на войну, на истощение России руками Украины, это как раз абсолютно идеально устраивает Соединённые Штаты, потому что это очень простая тоже максимум геополитики. Если ты не можешь содержать своего союзника в виде буферного государства, которое от тебя зависит, сделай так, чтобы он превратилось в Ирак. Если ты не можешь обеспечить полный контроль над территорией, ну, например, если дело происходит за 100 лет до нашей эры, страшно сказать, и ты Египет, а у тебя есть провинция Ханаан, и ты хотел бы её контролировать, но ты не можешь её физически контролировать, потому что силёнок не хватает. Но тогда ты можешь скрыть стены городов в Ханаане. Извините, я сказала 1.00 лет до нашей эры. как раз момент, когда всё это кончилось. А вот 1.300 или 1.400 - это как раз когда это продолжалось. Но тогда ты можешь срыть стены городов в Ханаане, что называется, ни себе не людям. Произойдёт некий вот условный Ирак. Вот абсолютно то же самое делати, когда он уничтожал города Римской империи, потому что контролировать он их не мог на западной границе, вернее, на восточной границе Римской империи, на западной границе своего царства. А чтобы они, ну, как-то противостояли, он не хотел. И, соответственно, а первое, обратим внимание, что Европа сейчас поступает, ну, идеальным для США образом, потому что она истощает себя по ряду параметров, там, начиная бюрократическими регуляциями, беженцами и войной с Россией, которые, в частности, будут раздирать Европу изнутри и которые, ну, там, а, являются сильными экономическими проблемами, потому что, например, препятствует поставкам дешёвого российского газа. Ну а главным образом являются сильные политическими и военные проблемы, потому что Европа превращается в континент, посередине которого идёт военный конфликт. Так вот, ещё раз повторяю, что там это идеальное в сложившейся ситуации, а военно, учитывая сложившуюся ситуацию, а конфигурация для Соединённых Штатов. Не взлетим, так поплаваем. Вот не получилось превратить Иран в зону несостоявшихся государств, где все воюют со всеми, но возможно в это получится превратить Европу. И первое, что я хочу сказать, что, конечно, Трамп большой молодец, потому что он совершенно правильно сделал, что подписал этот договор, потому что все остальные варианты были ещё хуже. Это не проблема Трампа, что деть вот это лично Трамп не смог одолеть Иран. Мы можем себе хорошо представить, что произойдёт, если что бы

произошло, если бы Трамп действительно послал в Иран войска. Вот это был бы как раз тот случай, что не за то отец сына бил, что играл, а за то, что отыгрывался. Вот в отличие от Зеленского и Путина, Трамп не стал отыгрываться. Он предпочёл зафиксировать убытки. Я не знаю, подойдёт ли он к снаряду с другой стороны. Например, вполне возможно, что Трамп, полантир и другие крупные компании, они сделают вывод и скажут: "Ну, слушайте, ну вот выяснилось, что мы не можем достичь цели войны, то есть разгрома противника и навязывания ему своей воли, а без того, чтобы на поле боя были люди, а людей мы послать не можем, потому что мы демократическое государство. Давайте пошлём роботов и подумаем, что нам для этого надо. Ещё раз повторяю, возможно, Трамп зайдёт с другой стороны. Но вот момент первый, там, раунд первый, как я уже сказала, остался за Ирана.

И, соответственно, дальше мы видим, а что это очень много значит для российско-украинской войны, потому что Трамп не просто потому выписался из российско-украинской войны, обратите внимание, а что те условия, которые он всё-таки, видимо, он предложил Путину в Анкоридже и на который Путин был согласен, оказалось, что Зеленский не согласен, да и Путин, откровенно говоря, не очень-то согласен на эти условия. потому что они ему были не сильно выгодны. И, соответственно, ну а что договариваться, если они не хотят договариваться? А Трамп выписался из этой войны по совсем другой причине, стратегической, которая заключается в том, что в ситуации, когда Соединённые Штаты слабее не могут контролировать Европу, они заинтересованы в том, чтобы Европа истощала сама себя. Вот в этом случае, в этом смысле вот это вот прекрасное последнее обращение Трампа, что детска сказать, ему от Европы нужно 350 млрд долларов, которые он, а, вернее, Соединённые Штаты потратили на войну с Украиной. Понятное дело, что Европа ему, конечно, никаких 350 млрд не даст, а, но это такой ботинок и смачный плевок, полетевший в сторону Европы, который должен дополнительно раздражить. И обратите внимание, что тут у Трампа большие шансы преуспеть, потому что в лице европейских чиновников и в лице руководителей европейских государств с их рейтингами в 12-18% мы наблюдаем нечто необычайное. Мы наблюдаем людей, которые, а, стратегически ведут свои страны и общность, которую они имеют в катастрофе. И мы наблюдаем людей, которые действуют против собственных стратегических интересов. Это самое опасное состояние, потому что вот как бы никогда не знаешь, что сделает такой игрок. Потому что, бесспорно, стратегические интересы Европы, которые, кстати, она очень хорошо понимала, обратите внимание, до начала этой войны, когда и в начале этой войны, а когда, например, Меркель и даже Макрон, тьфу, не Меркель, простите, ради бога, значит, соответственно, тогдашний немецкий канцлер и Макрон приезжали в Киев и уговаривали Зеленского помириться. Тогда же это было. Они прекрасно понимали, что, ну, как бы а какой смысл, а какой смысл иметь на территории Европы разверстую рану, которая кончается не только истощением России, а истощением Европы. И особенно какой смысл, например, а, вести гибридную войну между Германией и Россией, чего не поделили Германия и Россия. Германия и Россия имела смысл воевать, условно говоря, во время Первой мировой войны, когда обе это были растущие империи, претендовавшие на мировое господство. И понятно, что генеральные штабы обеих стран считали столкновение рано или поздно неизбежным. Оно было там трагическим для всего мира и там разрушительным для обеих империй, но тем не менее вот это было неизбежное стратегическое столкновение. А сейчас что? Германия не является страной, которая претендует на мировое господство. Она страна, которая была уничтожена трижды. Первый раз она была уничтожена после Первой мировой войны в том самом Версале, а второй раз после Второй мировой войны с территории, на которых германцы, немцы проживали веками, изгнали, напоминаю, 16.000 немцев. 16 млн немцев. произошла этническая чистка, гигантская, абсолютно одна из самых крупнейших в истории. А, и третий раз, когда эта страна благодаря плану маршала правилась и поднялась, благодаря глобалистам, она сейчас на наших глазах третий раз разрушается, превращаясь в страну, в которой уже около 20% граждан это граждане немецкого происхождения, в которых 50% этих молодых, в основном исламских мигрантов считают, что законы шариата важнее каких-то там немецких законов. Ну, как-то это не совсем та страна, которая может претендовать на мировое господство. Точно также страна обрубок, которая является Российской Федерацией, которая осталась сначала после краха Российской империи, потом после краха Советского Союза, понятное дело, она сейчас тоже не претендует на мировое господство. максимум на то, что она претендует. Она претендует на восстановление зоны исторического влияния, причём, ну, минус существенной части того, где у неё историческое влияние было, например, Среднюю Азию, да, она претендует. И, собственно, все претензии Путина, из-за которых, которые рассматривались как недопустимая агрессивность, это он претендовал на своё влияние в Белоруссии и в Украине, даже заметьм не в странах Балтии. Вот что ему тогда пришили. А с говорил там: "Ребята, не расширяйте НАТО". А, соответственно, возникает вопрос, что поделили две страны, что не поделили две страны под названием Германия и под названием Россия, каждый из которых в лучшем случае, в самом хорошем случае претендует на то, чтобы быть региональными державами. Но ответ заключается в том, конечно, что там, чем больше эти страны будут плохих отношениях друг с другом, а тем лучше для политики разделяй и властвуй. Потому что если вы не можете что-то контролировать прямо, то вы хотя бы можете превратить, как я уже сказала, это местечко в Ирак. Если это можно сделать с помощью Украины, ну, тем лучше.

И вот когда мы видим в лице европейских чиновников, как я уже сказала, абсолютно нерациональное поведение относительно своих собственных стратегических интересов, своих собственных стран, включая, как я уже сказала, с мигрантами, с банками, с экономикой и, конечно, с этой войной, а то ничего чиновник не воплощает с такой страстностью. Ничего чиновник не преследует с таким упорством, как тогда, когда цели, которые он преследует, являются абсолютно катастрофичными для его страны, потому что он настолько поставил именно на эти цели, и от осуществления этих целей настолько сильно зависит его собственная карьера, что в отличие от человека, который ведёт себя рациональным образом и способен очень быстро политику менять. Ну, например, как Сталин, который там сегодня враждует с Гитлером, а завтра дружит, потому что ему это выгодно, а потом ему это выгодно. Так вот, когда у вас человек преследует нерациональные цели, он настолько себя идентифицирует с нерациональными целями и настолько уничтожение этих целей, ну, является разрушительным для его собственной карьеры, для его собственного статуса и для его собственной картины мира, что, конечно, он готов разрушить всё вокруг, лишь бы не трогать этих своих представлений о действительности. А, собственно, на это Мария мне пишет: "Уже обсуждали бусификацию в Пензии область в области. Мария, простите, насколько я понимаю, это абсолютный фейк. А в каком смысле? Там в Пензии действительно кого-то ловили. Но, простите, ради бога, бусификация у нас происходит в Украине. А как-то вот разгонять историю о том, что в России происходит именно бусификация, ну, это достаточно смешно. Действительно, между прочим, кстати говоря, в начале двадцать второго года, когда особенно началась в России мобилизация, я думала, что, да, и там думала, что многие так думали, что будет ровно это в России. Будут в России военкомы, которые будут наживаться на людях, будут ловить на улицах, будут избивать страшно. Хотя, честно говоря, что будут избивать страшно, я не думала. Думала, что будут брать взятки просто так. То есть представить себе, что будет развязано в какой-либо стране просто жестокая, страшная охота на людей просто для того, чтобы повысить цену взяток, которые они дают, чтобы откупиться. Это мне было уже очень сложно себя представить для России. Даже для России мне было это совершенно невозможно себе представить для Украины. Но, как видите, значит, либерал думает одно, выясняется другое. выясняется, что в замечательной демократической борющейся за свободу Украине происходит именно это и происходит, обратить внимание, это с целью наживы. А в то время как Россия просто платит деньги тем, кто хочет воевать. И, собственно, вот на этом всё кончается. Ну, периодически возникают какие-то истории, что где-то в Пензенской области кого-то ловили, я не помню, там то ли мигрантов, не вставших на военный учёт, то ли чего-то. И начинает, значит, разгоняться на вот эта вот на перемога.

Спрос Юлии Латыниной: "Если умрёт Путин, то сможет ли элита пойти по пути Ирана? То есть продолжить пережний курс новыми людьми или там сразу будет расколы, поражанческие настроения, возьмут вверх?" Ну, я думаю, что это один из основных вопросов, которые стоит перед Россией. А потому что персоналистские режимы, а как раз тем и самая главная проблема персоналистских режимов во всё время существования истории заключается в том, в процедуре смены власти. Вот чем хороша монархия? Тем, что у вас есть процедура смены власти, наследует старший сын. Всё. А чем хороша демократия? При том, что у неё есть масса недостатков тем, что у вас есть легальная процедура смены власти каждые 4 года или что-нибудь в этом роде. А вот какая была главная проблема. Римская империя сначала сначала, а потом империи Рамеев, то есть Византии. Вот ровно то, что не было нормальной процедуры смены власти, нормальных династий так и не было создано. И каждый раз после смерти императора начинался кровавый ковардак. Не каждый, но почти каждый. Обратите внимание, что оказывается, что риски, связанные с тем, что по итогам старший наследник окажется дебилом, а такое в истории человечества и в истории Европы случалось, оказываются в конечном итоге статистически на протяжении столетий гораздо менее низкими, а чем проблема того, что у вас после смерти вовсе не оказывается законного наследника, и все друг другу вцепляются в горло. А вот, соответственно, посмотрим, удастся ли Путину решить эту проблему. И второй главный вопрос - это, конечно, а какого рода люди придут после этого к власти? Потому что существует, грубо говоря, три возможности, которые я вижу. А возможность первая заключается в том, что придут ещё более жёсткие хардлайнеры, условно говоря, стрелковые. Хотя, ну, я мало себе представляю, честно говоря, это прямо в таком виде. А, но усилится ещё более усилится секюрократия, ещё более усилится власть органов. И те либералы, системные либералы, которые на самом деле сейчас являются главной, обратите внимание, вот, а, технократы, которые являются главной опорой сейчас России и спасают её, в том числе спасают её экономику. То есть люди типа Набиолиной, с Мишустина, Собянина, Шувалово и так далее. А все эти люди потерпят тяжёлое поражение, а к власти придут секрократы, которые дело даже не в том, как они будут вести войну, а вопрос, как они будут делить собственность. Уже сейчас в России это серьёзно происходит, потому что, насколько я понимаю, там количество поделённого за последнее время имущества и отнятого, оно приближается к опасно высокой отметке. В там, по-моему, там я что-то видела, цифры 5-6%, не помню от чего, чуть ли не 10. Я сейчас посмотрю, может быть, во время перерыва. Это слишком много. Это слишком много для режима, который ведёт войну и который, а, которому особенно важно внутренняя экономическая гармония в обществе, которому особенно важно, чтобы бизнесмен бегал как белка в колесе и не думал, что у него сейчас тут что-то сожрут. Бизнесмену этому и так тлудно. У него ставка, рефинансированию, много чего. Значит, это первый вопрос. Вот к власти придут секюрократы и начнётся, грубо говоря, как в Сирии УАС, когда у вас фэсбэшники забирают бизнес.

А второй вариант, а это, который лично меня наиболее греет, ещё раз повторяю, а заключается в том, что а к власти придут, грубо говоря, технократы, государственники, а к власти придут люди, которые будут понимать, что, а, бизнес - это очень важно, экономика - это очень важно, технология - это суперважно, но также будут понимать, что сложи жившейся ситуации вот в новом многополярном мире, в котором мы находимся, особенно с учётом той войны, которую Россия ведёт, и с учётом того, что от неё после девяносто первого года осталось государство обрубок, а иногда государственные интересы могут превалировать над интересами бизнеса. Это нехорошая ситуация, это ситуация, которая не должна долго продолжаться, но это просто, что называется, исторический факт. Иногда так бывает. Ну и третий, конечно, вариант, который вот наш слушатель Эдвард совершенно прав, это если к власти придут люди, которые скажут: "Так вот всё нам ничего не надо, любой ценой мы хотим помириться". Вот у нас в Соедин в Евросоюзе, у нас в Соединённых Штатах есть недвижимость в Майами, у нас есть счета в банках. любой ценой мы хотим, как в тринадцатом году, чтобы можно было спокойно ездить в Евросоюз, что для этого надо признать. Ну, допустим, мы там сами себя в лагеря перевоспитания не пошлём, коллективную вину не признаем, но что всё, что хотите, того мы подпишем. А вот, конечно, это будет тот случай, когда Россия потерпит поражение. А как сказал мне один знакомый бизнесмен, если Россия потерпит поражение, её уничтожат.

А ещё несколько важных вопросов, которые я хотела сказать. А, говоря, меня тут, значит, про Иран я сказала. Так, у меня осталось буквально 10 минут до перерыва. И давайте я сейчас подумаю, о чём я буду на говорить за эти оставшиеся 10 минут. А, ну, во-первых, я хочу обратить ваше внимание на отчёт, который вышел в Великобритании про 200, про который реально описывает 250.000 изнасилованных, ну, правда, за долгое количество времени английских девочек. А причём, если вы прочтёте этот отчёт, то вы будете самое страшное, что вы в нём увидите, вы в нём увидите, что вся система бюрократии и вся система государства, которая, в принципе, должна защищать детей от того, чтобы они были систематически насилуемы, а в данной ситуации работала на то, чтобы заткнуть ей рот и, не дай бог, не услышать обвинения против себя в расизме, потому что 90% насильников Это были пакистанцы или это были мусульмане из каких-то вот других регионов. А то, что происходило, никак нельзя назвать просто систематическими изнасилованиями. Скорее, это походило, ну, знаете, вот то, что делают победители, завоеватели с завоёванным населением. Это было действительно утверждение своего первенства. мужчины, самцы, которые глядели на вот этих вот белых девочек, на этих неверных девочек, которые не так себя ведут, которые происходят из неправильной расы, которые происходят из неправильного народа, которые не мусульманки. Они глядели на них, ну вот буквально как на людей, которых завоевали в войне. И как-то вот ты купил на рынке или что-нибудь в этом роде, и так с ними не обращались. А потому что те чудовищные унижения, через которые проходили эти девочки, когда их запугивали, когда, а, над ними издевались, когда над ними там просто садиски страшные вещи делали, это как бы не просто там не просто история того, что ты с кем-то переспал. Понятно, что это были девочки из, как правило, из них благополучных семей. Понятно, что а от такой девочки, конечно, проще всего отмахнуться, потому что она к этому времени там иногда сидит на наркотиках, иногда пьяная, иногда вообще считает, что это очень круто, что она в 13 лет спит с сорокалетним мужиком. А, но вот то, через что проходилось, приходилось проходить этим девочкам, если бы это ещё было в XV веке, когда никаких средств защиты детей не существовало, мы бы ещё сказали: "Ну, знаете, это проза жизни". А тут обращает на себя внимание, что вот все те полицейские уграны и все вот те самые службы защиты детей и более того детские дома, в которых иногда иногда содержались эти девочки, потому что их иногда отбирали из этихполучных семей, детские дома просто превращались в место, где этих девочек сдавали в аренду. А существовали случаи, когда сбежавшую девочку полиция, в которой служили тоже мусульмане, обратно отвозила насильником со словами: "Берите и развлекайтесь". И существовало бесконечное количество случаев, когда девочка, которая прибегает в органы защиты детей, она слышит в ответ, что там или или родители её, что как как вы смеете врать? мы сейчас вас приведём к ответственности или там как вы смеете тут распространять расизм? А мне кажется, что это очень важная история, потому что, как я уже сказала, ну, у вас есть два способа построения государства. У вас есть м родовое общество, в котором нету специально отделённых институтов правосудия, в котором есть кровная месть. Кровная месть плохая штука, потому что, значит, одну изнасиловали, в ответ кого-то убили, и так продолжается на следующие 300 лет. Но зато такой механизм, кстати говоря, действительно минимизирует количество совершаемых преступлений, потому что обратите внимание, что те люди, которые совершали эти преступления в Англии, они бы вовсе не совершали их в Пакистане, потому что в Пакистане то, что они делали, если бы они то же самое сделали с пакистанскими девочками, просто бы убили. причём не их, а их родственников. А это, как я уже сказала, вот механизм кровной мести довольно давно в истории человечества, во всех развитых обществах был заменён судом. Например, в известной трагедии Исхила Аристея прямо описывается как вот вот институт кровной мести, когда арест убил свою жену, потому что его простите, убил свою мать, потому что его мать убила его отца, и надо за это отомстить. И его за это преследуют Иринии. Вот он приходит в Афины, и там богиня Афина говорит: "Всё, хорош, значит, институт кропный месте останавливается. Теперь у нас вместо этого будет Афинский суд. И вот в Афинском суде люди, а не какие-то там Иринии, не какие-то там мифологические страшные существа будут определять, ты виновен или нет. Это вот свою собственную кровную месть люди отдали государство на аутсорсинг". Вот есть два способа устройства государства. Один с кровной местью, а другой, когда вы отдаёте процесс установления справедливости, следствия, расследования и всего прочего и наказания преступника на аутсорсинг. Вот современная Европа нам статистически демонстрирует третий тип государства. А когда для ряда выделенных людей, которые считаются непонятно с какого барана жертвами, понятно с какого барана меньшинствами, а причём эти люди, естественно, этим пользуются. А существует третья ситуация, когда наказывают тех, кто является действительными жертвами этих людей, когда девочек, подвергшихся изнасилованию, наказывают, потому что де сказать: "Ну что вы тут поднимаете волну? Понятно, что такая ситуация и весь государственный аппарат заточен именно под это. А понятно, что такая ситуация не может долго продлиться. Она кончается смертью государства. Очень похожие вещи мы наблюдаем, как я уже сказала, по всей Европе. И именно это заставляет меня крайне скептично относиться к стратегическим перспективам Европы. Хотя, ещё раз повторяю, с учётом того, что это 450 млн человек и огромная, просто огромная, а, сокровищница и огромное количество накопленного цивилизационного опыта. Если вот этот гигантский тяжкий бюрократический механизм решит работать вполне против своих интересов, как я уже сказала, и против России, то дал не покажется. Тем более, что Россия постоянно совершает тоже очень серьёзные ошибки. Самые серьёзные ошибки, я только что говорила, это ошибки, связанные с тем, что происходит с Россией внутри экономики, с секюрократией, когда забирают бизнесы. Вторая серьёзная ошибка, мне кажется, ещё раз подчёркиваю, это интернет. Хотя я тут понимаю некоторые резоны российского государства, который боится, что утрата цифрового суверенитета означает вот ровно то, что там а которая боится утраты цифрового суверенитета. Но ещё раз повторяю, что с моей точки зрения, а современный мир это будущее лежит за цифровыми технологиями, будущее лежит за искусственным интеллектом. И если вы не не находитесь на переднем крае, если вы не находитесь на C, то это означает, что вы проигрываете цивилизационную гонку.

Ну и если говорить по мелочам, то я бы хотела обратить ваше внимание на следующие вещи. А вот, например, сейчас это уже совсем мелочи, но это очень важные ошибки. А вот, например, сейчас мы видим там фантастическую, собственно, разворачивающуюся на наших глазах развод Польши Украины, который начался, естественно, вовсе не с того, что Зеленский звание Героев УПА, то есть звание героев волынской резни де-факто присвоил соответствующему украинскому подразделению. А этот развод начался довольно давно, после того, как Польша абсолютно всё сделала для Украины в начале двадцать второго года, забыв старые исторические раны. А первое, что сделало в ответ правительства Зеленского, когда Польша очень большую экономическую поблажку оказала Украине и разрешила переведить через Польшу украинское зерно, а мы видели в огромном количестве, что украинские контрабандисты начали это зерно в Польше выгружать. Тогда это казалось непонятно чем. Сейчас, учитывая гигантскую коррупцию, которую мы наблюдаем, а мне кажется, что это было системное решение в самом правительстве Зеленского. Это вот было как с Фаепоинтом, а это было как с Мендечгейтом. А тип чём? Мы жертвы, нам все должны съедят поляки. Вот съедят поляки. Поляки тогда не съели, потому что у них разорялись сами фермеры. Они не могли понять, каким образом вообще страна, которая просто в этот момент была обвязана в Польше чуть побольше, чем всем, учитывая исторические отношения украинцев и поляков, мягко говоря, плохие. Каким образом страна, которая находится в таком положении, вместо того, чтобы в ответ сказать спасибо и произнести извинения за волынскую резню, начинает использовать массово данную ей экономическую поблажку для гигантского количества системных, на самом верху, видимо, происходящих коррупционных схем, связанные с реализацией зерна внутри Польши и подрыва польского зернового рынка. Вот с чего это началось. И напоминаю, что почему я думаю, что там корни уходили на самый верх, потому что когда Польша осмелилась выразить негодование по этому поводу, Зеленский не нашёл ничего лучше, как прямо во время сессии, если я не ошибаюсь, он в Нью-Йорке, а сказать по поводу действий польских властей, что типа они там являются выполняют указки России. Это вот вот это мнение президента Зеленского. Бить тех, кто пытается ему помочь сапогом в лицо, оно, конечно, абсолютно несравнимо. Оно и с российской оппозицией действовало, и с Илоном Маском, и, собственно, с Соединёнными Штатами Америки. Ну вот в случае с Польшей, с учётом исторических ран, оно было особенно сильным. И с тех пор ситуация всё ухудшалась и ухудшалась. И, наконец, в конце концов, она вот прорвался, прорвался этот нарыв именно в ситуации с героями УПА. Не потому, что это вот переполнило чашу терпения, а потому что это некий повод, который не может быть оспорен внутри польского сознания, польского национального самосознания. То есть, когда у Зеленского отбирают эту награду, то в ответ, ну, как бы поляки там, там те люди, которые продолжают быть за Украину, не могут сказать: "Ой, ну это ничего страшного, это ничего страшного. Это какое-то зерно, это чего-то там ещё. Давайте закроем на это глаза. На Героев УПА, на волынскую резню поляки не могут закрыть глаза. А так вот, да, вот, соответственно, вот это сейчас происходит на наших глазах между Зеленским и Польшей. Это очень серьёзная история, потому что на наших глазах, а, ну, помимо того, что Зеленский продолжает себя вести, как всегда, ровно так, как он себя ведёт в подобных ситуациях, максимизируя пиар для телемарафона, мы видим, что Буданов отправляет свои награды в Польшу. Но, естественно, поляки это будет дополнительная радость полякам, что называется. Но а почему я обо всём этом говорю? А потому что, казалось бы, сейчас самое время России, а наладить отношения с Польшей настолько, насколько это возможно, потому что у России, простите, и Польши свои чудовищные исторические раны, прежде всё котынь. Что Россия сделала несколько месяцев назад, я вам напомню. Россия несколько месяцев назад на годовщину Котыни не нашла ничего лучшего, как прямо в Котыне устроить выставку, которая называлась 10 веков польская русофобия. Вопрос: зачем? Я сейчас о моральных вещах не говорю. Я сейчас не говорю, а, да, вот об этих десятках тысяч расстрелянных польских офицеров цвете а гордости к росе польской нации. Вот о том, что, ну, такие вещи это страшные вещи. Я сейчас вот просто, знаете, взываю к политической целесообразности. А вот зачем эту выставку было российским властям устраивать? для что они с этого поимели. Вот какой какой был цимис, какой там кому от этого стало приятно, а или вот вторая вещь, которую мы сейчас видим, а вот Великобритания является одним из самых систематических геополитических врагов России сейчас. И это правда, что это действительно системная вещь, потому что Великобритания - это страна, которая потеряла свою империю. И, конечно, с тревогой смотрит, что Россия, ну, не даже не империю свою пытается восстановить, а хотя бы вот вот пытается пришить хоть какие-то отрезанные кусочки. Но помимо стратегических противоречий, которые существуют между Великобританией и Россией в этом деле, существует, ну, например, а помните, подожгли какие-то украинцы, ну, это были украинские исполнители, но, судя по всему, заказчиками были какие-то российские спецслужбы, какие-то там дома стармера. Зачем вот это типа нафига? Отравление Лтвиненко, отравление Скрипаля. Вот эти прекрасные ребята, которые поехали посмотреть на Салберецкий шпиль. Оно того стоило, скажите? Ну вот, ну вот, вот, вот был Скрипаль, который, да, просто предал Россию. Ну реально человек, который в Гурон что ли служил и чем он там торговал. Хорошо его поменяли. Он там сидел у себя дома в этом Солсбери, смотрел Первый канал и вообще, судя по всему, был жутким ватником. Но не суть важно. Скажите, пожалуйста, вот чем России так встрял

со скрипаль? Оно того стоило? Вот те гигантские стратегические проблемы, которые сейчас Россия создаёт, Великобритания, с одной стороны, а скрипали Летвиненко с другой. Ну ещё подожжённый дом Стармера. Или вот последняя история с убийством. Господи, боже ты мой. Художник Сергей Скрипецкий.

Во-первых, это просто дикий кошмар убивать кого-то за то, что он говорит, что бы он не нёс. То есть это само по себе вот вот кошмары, это даже не обсуждается. Но я сейчас о технических проблемах, а там просто вот технических вещах. Я правда единственное, что я не уверена на 100%, что я думаю, что, конечно, Скрипецкий, судя по тому, что он говорил про Рамзана Кадырова, это не совсем Россия, что называется. Но а смысл-то какой? Про моральные вещи я не говорю. Про мораль я вообще уже сразу сказала, кошмар людей нельзя убивать за слово. Это это кошмар убийство с Гребецкого. А я сейчас о технических вещах. А зачем?

Да и последняя вещь, которую я хотел сказать перед маленьким перерывом. Да, вот поляки мне пишут, Евгений, порадовали своим единством по этому вопросу. Даже проукраинский туск поддержал. Даже Лех Валенце выступил и поддержал. Евгений так вот ещё раз я повторяю, что вот Нородский не случайно схватился по этому поводу. Обратите ваше внимание, что оно давно к тому шло. Но если бы Навротский, скажем, стал предъявлять Зеленскому, я не знаю, там коррупцию, ещё тосё пятое, а вот это же самое зерно, то и Туск, и Валенце сказали: "Ну, это всё второстепенные вещи. Самое главное, что Украина воюет для нас с Россией. Нам, пожалуйста, чашечку кофе". А когда Зеленский с героями УПА и колепреклонения перед Мельником, но тут даже у Валенсы и Туска аргументов нет.

А перерыв и песня на стихи моего отца Леонида Александровича Латынина. Буквально минута.

Какое мне дело до вашего века, до чёрных идей и червоных забот?

Играет на дудке молитву колега, стирая солба выступающий пот.

И вторят игре инвалиды во фраке.

И дождь барабанит, и плачет дитя.

А звёзды сияют привычно во мраке.

Оркестру уродов исправно светят.

И мне среди ниху готово на место.

В последнем ряду у гитарной струны

в составе больного чудного оркестра

среди уцелевшей случайно страны.

Я в такт и усердно бринчу понемногу

внимые сорока. что отпущены мне

и звуки лицом запронуты к Богу.

Поляви в бреду и пол яве во сне.

Добрый день. Да, это опять Юлия Латынина. И вот меня спрашивают Юля, я пока что этого изнутри РФ не наблюдаю. Слишком явно, но ждёт ли Россию судьба Северной Кореи или мы станем вторым Китаем по образу жизни и политическому устройству?

Ну, я бы сказала, что ваш вопрос ровно на миллиард есть, потому что вы видите, что я очень скептически отношусь к перспективам демократии вообще. И я считаю, что второй Китай - это очень удачный вариант. Я сразу предупреждаю, что это там очень неудачный вариант для, например, для таких, как я, которым лишь бы, извините, языком поболтать. А с точки зрения экономики и технологии, да, конечно, второй Китай - это очень удачный вариант. А северная Китай этого, а Северная Корея - это вот вот тут как раз абсолютный кошмар, путь в никуда. И, как я уже сказала, это и есть вопрос на триллион.

А более того, я обращаю ваше внимание, что одна из главных причин вот того крушения мирового порядка и крушения правления США, мирового правления США, которое на наших глазах происходит, она сейчас я постараюсь сказать довольно глубокую мысль, которую я как раз поняла, а когда я занималась, и я обещаю про это большой эфир Пилопанезской войной. Я напомню вам, о чём была Пилопонесская война. Это была война между Спартами, Спартой и Афинами за первенство в Ладе, как нам очень часто говорят. Но это на самом деле не совсем так, потому что Спарта не была экспансионистской силой. Просто афины постоянно на неё наползали. А вот Афины как раз были экспансионерской силой. Но при этом Афины, будучи демократией, свою экспансию строили очень странно. А вместо того, чтобы, как протяжённая монархия, просто завоёвывать и присоединять территории, афины, а, во-первых, оставляли городам, которые входили с ними в симахию, то есть союз, формальную независимость. Это формальная независимость заключалась в том, что внутри городов существовало, ну, не то что самоуправление, а вот города управлялись сами собой. Но при этом, во-первых, афины не всегда, но, как правило, предпочитали менять в этих городах режимы на демократию. Демократия в то время это означало власть демократической партии. Это происходило через, как правило, через процедуру, которая называлась стасис. Теперь эта процедура называется революция. Но в Древней Греции это называлось стасис, когда город разделялся на две партии. Партия тоже называлась Стасис. И вот, собственно, сам процесс вот этой вот гражданской смуты заключался в том, что партия демократов, то есть партия правления всего народа, не только лучших людей, выгоняла лучших людей и их имущество делила. И фишка заключалась в том, что если Афины помогали в городе демократии, то это стоило очень дёшево с помощью тогдашнего, грубо говоря, афинского юэс. А если как-то другими путями приходилось усмирять город, ну, например, там 9 месяцев вести осаду или там 2 года вести осаду, как против Фасса или мы не знаем сколько, но долго вести осаду против накса. Но всё это стоило буквально тыся полсячи талантов. Это [ __ ] что называется, денег. И революция обходилась гораздо дешевле. Вот установление демократии обходилось гораздо дешевле. Мягкая сила и тогдашней USA обходились копейки. Но самое главное, другое, что афины, с одной стороны, организуя вот систему такого древнегреческого НАТО, они не присоединяли к себе эти полюсы. И это в то время казалось, естественно, органично, потому что, ну, как бы так был устроен греческий мир. А сейчас задним числом, глядя на это, задавая вопрос: "А почему, собственно, афины просто не присоединяли к себе эти полюсы? Ответ заключается в том, что Афины были демократией. Афины получали от своего положения гегемона гигантский доход, приблизительно 1.000 талантов в год. А, и, конечно, правящие сословие Афин, то есть вот весь этот демос, весь этот Охлас, он, конечно, не хотел, чтобы, грубо говоря, жители FB или жители Ресбуса получили те же самые права и права на те же самые деньги. И, соответственно, вся эта система, которая очень дёшево строилась, потому что она строилась с помощью выдворения свободы, а не с помощью долгосрочных и очень дорогостоящих осад, она очень хорошо росла, пока пока афины поднимались. А как только афины начали терпеть поражение, то вот все эти страны, все эти полисы начали отпадать один за другим. И я думаю, что это приблизительно то же самое, что ждёт, скорее всего, Европейский Союз, с большой вероятностью после того, как у Совет Европейского Союза окончатся деньги на, условно говоря, субсидии венгриям и странам Балтии.

А так вот, обращаю ваше внимание, что с Соединёнными Штатами то же самое. Они, я понимаю, что вы сейчас скажете, они никогда не смогли этого сделать. Я об этом как раз и говорю. Соединённые Штаты там не после первой, не после Второй мировой войны, не после конца Советского Союза они, грубо говоря, они присоединили к себе страны Европы на правах пятьдесят первого или там 673 штата. Они не могли этого даже близко сделать, ровно потому, что они были демократией. По той же самой причине, на самом деле, то есть, по которой они являются демократией, ровно по той же самой причине, по которой афины не могли себя к себе присоединить. в Бею, а предпочитали тоже строить систему буферных государств. Вот это вот Афинское НАТО. А потому что демократия расширяться не хочет. Демократия хочет только получать буферные выгоды. И вот это в коренным образом отличает демократии от монархии, от империй. В этом смысле демократия и империя - это две абсолютно противоположные формы правления. И хотя Соединённые Штаты очень часто называют империей, трагедия Соединённых Штатов ровно в том и является, что они империей не являются, потому что они являются демократией. Вы или демократия, или империя. Пока Рим был республикой, хотя не совсем демократия, но тоже демократия, он не был империей. А так вот и вот эта системная проблема, которая, как я уже сказала, а нерешаемая. И когда у вас мир входит в зону, когда его начинают геополитически штормить, и когда у вас Соединённые Штаты уходят с поста председателя земного шара, который мог щёлкнуть своим пальцем, и все становили струнку, тогда это означает, что демократии, в принципе, будут утрачивать существенную часть своих преимуществ, которые не имеют, потому что у демократии очень много преимуществ. Достаточно, например, при виде тех же Афин напомнить, что именно в Афинах совершался совершалась вся философия, вся культура, вся поэзия, а вся литература, Исхилс, Сафокол, Иврипит, Аристофан, Платон, Аристотель - это всё Афины. А их более удачный военном соперник, военном отношении соперник Спарта. Да, вот как-то до нас не дошло спартанских писателей. Потому что >> спартанское общественное устройство писателям не способствовало. Так вот, несмотря на все важные преимущества демократии, особенно в том, что касается свободы творчества, у них вот есть вот этот вот существенный геополитический недостаток, которого, например, современный Китай решён лишён, а и который сейчас, видимо, будет организовываться.

А украинцы пишут мне массово сдают польские ордена, но вот не украинцы, а, как я уже сказала, подведомственные Зеленскому чиновники. А так несколько важных вещей, которые я хотела в своём твиттере, мм, которые я отметила для себя в своём твиттере. Я ещё вам про цифровое слабоумие обещала, да? Вот, собственно, давайте к цифровому слабоумию перейдём и вернёмся к истории с, а, прилётом украинских дронох в Москву и с поражением, серьёзным поражением московского НПЗ, который сейчас, если работает, то не в полную мощность. И, конечно, хотелось бы вот узнать, он работает или не работает от российских официальных лиц, а не гадать на кофейной гоще и даже на вот этих вот асинтовских снимках. Как мне совершенно правильно кто-то тут написал, да, вот Алена написала, что эффективность удара считается не по количеству сбитых, а по важности поражённой цели. Летело сотни попало пять. Зато как абсолютно с вами согласна, Алена, это и есть называется сатурация. Насыщение обороны. Насыщение обороны. А которая заключается в том, что вот просто если вы знаете, что обороны противника хватит на 400 дронов, вы посылаете 500 и 100 дронов пролетает. Поэтому вы же не рассчитывали, что у вас типа все 500 дронов пролетят. Вы рассчитывали, что 100 дронов пролетят. А, как я уже сказала, это квадратура круга и уловка 22, потому что при современном состоянии ПВО м, да, эти дроны будут пролетать по причинам, которые я сказала только что. И тут надо вернуться к двум вещам, которые сейчас происходят на фронте.

А так я же, собственно, самое главное это не сказала. Простите, ради бога. А потому что, когда я говорила о том, что европейские чиновники решили вложиться в Украину как инструмент, то, естественно, возникает вопрос: а чего они могут сделать? И тут мы видим, что у них довольно ограниченный набор, который заключается, например, в том, что, ну, вот можно послать вернуть в Украину большое количество молодых украинцев, которые побе постались убежать от войны. Мы видим, что европейские чиновники по этому поводу издают звуки. Это существенные звуки. Но, учитывая замшелость европейской бюрократии, я сильно сомневаюсь, что им это удастся, потому что, ну, вот вот европейская современная бюрократия так устроена, что практически, я думаю, это будет очень сложно выслать этих молодых украинцев обратно. Другая вещь заключается в том, чтобы давать оружие. Ну, конечно, будет даваться, но для оружия нужны деньги. А, как я уже сказала, денег у Европы сейчас существенно меньше по сравнению с тем, что было 10 лет назад. И Украина сейчас получает вдвое меньше, чем она получала ещё недавно. Отсюда, собственно, и возникает вот эта вот история с дальнобойными дронами и дальнобойными ракетами, которые будут усиливаться, потому что на Россию как-то давить надо. А по линии фронта на Россию давить всё сложнее и сложнее. И обратите, обращаю ваше внимание, что, ну, по сравнению с тем, что было 3 года назад, стратегические возможности Украины сильно сократились. Мы уже не можем вести речь о том, что Украина вот наступает, как она наступала в Харьковской области и в Херсоне. Украина не способна проводить операции подобно тому, которые она проводила в Курской области. Ну, я не знаю, но как-то мне так представляется. Посмотрим. Конечно, всё бывает.

А, и более того, самое главное, мы видим, что возобновилось продвижение российских войск. Вот это вот очень нетривиальный момент. Потому что всё больше сведений о том, что да, российские войска наступают и в Константиновке, и в Красном Лимане, и так далее. И, конечно, это очень медленное продвижение с большими затратами, но я обращаю ваше внимание на две очень важные детали. А, во-первых, было совершенно неочевидно, что это движение может вообще продолжаться. Нам на протяжении всей этой войны всё время объясняли, что сейчас будет как во время Первой мировой войны. Сейчас вообще там никто никуда двигаться не может. И с учётом развития дронов это представлялось вполне вероятно. А более того, напоминаю, что сейчас украинские дроны очень сильно выбивают российскую логистику на сухопутном коридоре. Соответственно, это как раз пути снабжения армии. Собственно, там хуже всего с бензином. Именно поэтому там хуже всего с бензином. А и что российские войска смогут продвигаться в таких условиях, это казалось, ну, совершенно неочевидным.

А почему это важно? А потому что я напоминаю, что несмотря на то, что, конечно, Анкорич умер, тем не менее остаётся предложение, которое тогда прозвучало, которое заключалось в том, что вот здесь сказать России нужен остаток Донбасса и после этого можно заключать мир. И от этого предложения Зеленского отговорили европейцы. уже не в двадцать втором году речь идёт о каких-то вот о том, что Стамбул он уже, ладно, девятнадцатый год, когда Зеленский не подписал то, на что надеялся Путин, федерализацию Украины. А двадцать второй год, вот совершенно конкретная недавняя история. Трамп и Путин обкашляли вот такую конфигурацию. Пришли европейцы, сказали: "Нет, воруйте до Морковкина заговине, мы типа вам поможем". Соответственно, дальше возникает такая развилка. Представим себе, что через некоторое время оно не скоро произойдёт. В лучшем случае через год полтора, два м Россия доходит до конца вот той самой Донецкой области. И, соответственно, возникает вопрос уже не только к Зеленскому, возникает вопрос к европейским политикам. Ребят, а вы же уговорили Зеленского наплевать на Трампа. Вы же уговорили, вы же использовали Зеленского уже не только как орудие против Украины, но и как орудие против Трампа. И вы что-то ему обещали? Скажите, пожалуйста, вот чего вы ему обещали, если хорошо обе страны страны потратили ещё десятки тысяч, если не сотни тысяч людей, нанесли ущерб взаимной экономике. Если Украина, которой вы обещали помочь, в результате сохрани там стёрлась до состояния промокашки. Ну хорошо, вы хотели нагадить Россию, вы ей нагадили, тут всё понятно, там московский НПЗ к этому моменту, возможно, уже сгорел. А Украине-то вы, ребят, чем помогли? И в Украине будут задавать же люди эти вопросы. И, соответственно, для, как я уже сказала, для европейских политиков, очевидно, не всё равно, возьмёт Путин Донбасс или нет. Потому что если Путин не возьмёт Донбасс не через месяц, не через два, не через 2 года, не через пять, а то тогда можно сказать: "Ну вот смотрите, мы всё хорошо, мы Украине помогли, она выстояла, но правда она может себя не вернула границы девяносто первого года, может быть, и стёрла состояние промакашки, но тем не менее мы были правы. Вот вам, значит, славянско и Краматорск остались до Украины. Это большая победа. Это мы, европейцы, вот своей непреклонной решимостью достигли. Это ещё можно будет продать. А, как я уже сказала, если российские войска будут продвигаться, то это продать будет уже совсем сложно, особенно украинцам рано или поздно. И, соответственно, как я уже сказала, возникает вопрос, чтобы предотвратить сценарий, чего могут сделать Европа? Ответ заключается выслать украинцев обратно. Это сложно по причинам, которые я говорила. Дать больше денег Украине сложно тоже по причинам, которые мы только что обсуждали. Потому что вот обратите внимание, что сразу после того, как Украина получала 90 млрд, Зеленский было заявление, что мы хотим ещё 20. И как-то так всё замокло и некуда. А, и третий вариант - это, как я уже сказала, давать дроны, а, давать технологии и давать долнобольные ракеты. И это будет происходить во всё возрастающем количестве. И то, что как горел московский НПЗ в этот раз и как летала крышка, покажется ещё детским садом. И обратите внимание, есть ещё одна возможность. Это нажать на кнопочку, которая называется пропаганда. И вот тут, ребята, я, честно говоря, поражена, потому что я вот в этой войне всё время вижу две разные вещи. Одна называется анализ того, что происходит на поле боя- это серьёзно. А другая называется то, что из этого поля боя делают в мозгах людей. причём с обеих сторон. И, кстати говоря, в связи с этим у меня, конечно, предложение большой к российским властям, а переходить к вот вот как они могут легко перебить украинскую пропаганду. Они могут вернуться к реальности, они могут перестать заниматься пропагандой сами. Вот если нам говорят, что там московский НПЗ полностью уничтожил, а там российский экспорт полностью уничтожен после ударов по слуги, Россия поняла, сняла какие-то чудовищные потери, а значит послезавтра война кончится, потому что не то Шойгу, не то оставшиеся россияне свергнут Путина, и они раскаялись, на себе всё почувствовали и дрожными рядами пойдут в лагеря перевоспитания. Ну, помимо того, что это как-то странно звучит воно, но Украина гораздо более серьёзные удары переносит столько времени, и как-то никто не собирается прекращать войну. А так вот, а обе стороны упорные, потому что с обеих сторон русские, да, с обеих сторон русский. Национальный характер один и тот же. А так вот, значит, помимо вот вот на эту пропаганду самый лучший ответ, честно сказать, что именно с НПЗ и как бы в каком объёме и когда возобновит работу, гордо сказать, что вот смотрите, возобновил, а не надо заниматься тем же, чем Зеленский.

Так вот, а, обращаю ваше внимание, значит, как сейчас действует пропаганда. А, и это не просто вопрос о когнитивных искажениях, это вопрос о системных нейрофизиологических изменениях в мозге. А не моё наблюдение, я, к сожалению, не могу в данном случае там сослаться на человека, потому что думаю, что он не обрадуется. Но излагаю теорию примерно так. Наш мозг заточен под то, чтобы узнавать новое. Вот в отличие от просто вот особенность человеческого интеллекта, особенность человеческого, а, расширенного фенотипа, что мы отново получаем большое удовлетворение. Я не знаю, как вы вот я как такое я узнаю что-то новое, мне от этого кайф. Помните, у Джорджа Мартина, там Арю всё время требует: "Какие три новые вещи ты узнала сегодня утром?" Вот какие три новые вещи вы узнали сегодня утром? Если вы узнали какие-то новые вещи, вы считаете, что день прожнут не зря. А за узнавание новой информации наш мозг вот просто нам немедленно выдаёт дофаминовую награду. Просто в лице нейромедиатора. Соответственно, пропаганда этим пользуется. и каждый раз выдаёт нам некие фейковые новости. А особенно хорошо, когда это новое ещё расположено в будущем. Особенно хорошо, когда это не просто история о том, что вот только что случилось, а ещё история с заходом в будущее о том, только что случится. А пропаганда этим пользуется. И нас начинает, значит, кормить новостями о том, что вот сказать: "Ой, слушайте, вот там в России бензиновый кризис, завтра власть Путина пойдёт". Или помните, как там было? А вот это вот в России убивают коров, завтра власть Путина падёт. Ну там слово власть Путина подёт, оно не произносится вслух, но оно подразумевается. А помните, ещё было там наводнение в городе Орске, и так это просто подавалось, что у меня было ощущение, что сейчас просто вот это сейчас что-то произойдёт необыкновенное. или а помните, вот когда пусть слуги били украинские дроны, что было, конечно, чрезвычайно неприятно, и Россия тогда потеряла не меньше 1 млрда прибыли, которые она могла бы получить от возросшей цены экспортной, но всего она получила несчето этого упущенного миллиарда 10 млрд. Ну, то есть она потеряла где-то приблизительно 10% от прибыли, связанной с возросшей ценой на нефть. Серьёзно, но не критично. А так вот тогда тоже всё, услуга, накрыть российский нефтяной экспорт, ничего от возросшей цены на нефть Россия не получит и так далее. А через несколько недель оказалось, что, видимо, всё-таки оно не совсем так. Но а вот тем не менее на это новое мозг охотно ведётся. И та пропаганда, которая всё время генерирует вот эти фейковые новости, она подсаживает мозг на них как на джанкфуд, да, вот как на мусорную пищу, как на гамбургеры, как на Кока-колу. И мозг начинает привлекает вот потреблять эту информацию и не понимает, что он идёт, ест мусорную информацию. И мало того, что он не понимает, что он ест мусорную информацию, он начинает вот как дофаминовая крыса, знаете, вот крысу, которую посадили в клетку и научили её нажимать на рычажок. И если она нажимает на рычажок, то ей поступает в мозг новая порция наркотиков. И всё, крыса больше ничем не занимается. Она нажимает на этот рыжежок, пока она не сдохнет от голода, потому что ей в кайф. А вот человек так вот нажимает себе на рычажок. И, конечно, человек, который, я не знаю, там смотрит телемарафон или бесконечно скролит ленту, он думает, что он держит руку на пульсе, а он на самом деле та дофаминовая крыса, которая вот на этот рычажок нажимает. И более того, обращаю ваше внимание, что есть второе страшное свойство мозга, которое называется нейропластичность, потому что у мозга на физиологическом уровне начинают отмирать те отделы, которые вам не требуются. То есть, когда вы подсаживаетесь на этот рычажок и когда вы начинаете потреблять то, что вам кажется информацией, а то, что на самом деле является, а, junфуд, то, что на самом деле является вот гамбургерами и кока-колой с большим количеством сахара, а и то, что, конечно, является наркотиком, то у вас отмирают более сложные связи в мозгу, которые, собственно, отвечают за когнитивно сложную картину мира и попытку построить когнитивно сложную картину мира. Вы воспринима, во-первых, её просто не воспринимаете на, ну, как бы на физиологическом, на нейрофизиологическом уровне, а во-вторых, вы просто оцениваете её так же плохо, как вот наркоману, которого пытаются отобрать наркотик и говорит: "Ну ты пойди, что хлеба поешь". Ну, наркоман, чтобы оставить себе наркотик, он просто вас убить готов. И в этом смысле вот обратите внимание, что вот все вот эти вот ситуации, когда а или в украинском телемарафоне, или там на телеканале Дождь или где ещё, вот это я сейчас видела удивительный заголовок на телеканале Дождь, вся Москва горит. Вся Москва горит, понимаете? И если в этот момент им сказать: "Ребята, понимаете, давайте всё-таки оценим ситуацию. Она серьёзная, она больвопереломная. Это, ну, принципиально другая история, как когда у вас в Москву, если что-то прилетала, то сшибалась на подлёте. И ситуация, когда реально украинские дроны перенасытили оборону Москвы и летала вот эта вот крышка эпически в воздухе. И что гораздо более серьёзно, чем крышка, повреждена установка первичной переработки нефти. Но попытка как-то людей призвать к реальности и сказать, что, вы знаете, это всё-таки не совсем вся Москва горит, а просто будет восприниматься ими как вот как реально покушение на м на нейрофизиологические основы их мозга.

А, да, вот мне пишет Ника, Латынина - это информационная война, и каждая страна будет пытаться э выбрасывать свои нарративы. То же самое с проблемами с бензином. В российской пропаганде дела ещё хуже. Так я же не я же говорю, что обе пропаганды этим занимаются, да? Одна пропаганда приходит и говорит очень упрощённую картину мира: "Да всё замечательно". А другая пропаганда приходит и говорит: "Всё, значит, завтра, а, всё значит за завтра Россия сдохнет и попросит прощения". А я говорю, что обе пропаганды, а попытку, ну просто, например, сказать, ребят, а можно уточнить, что происходит на самом деле, не вот в вашем астральном мире, где всё хорошо или всё наоборот плохо. А что происходит на самом деле? Давайте сначала факты установим, а потом будем выводить из них стратегические следствия. Оно просто воспринимает вот я просто даже не знаю, как, значит, там как будет, каково будет бедному Руслану Левееву, который, как я уже сказала, смеялся громко сказать, что там, когда из тыся долетевших дронов запущенных дронов долетает только пять, это значит, что российское ПВО хорошо работает, что абсолютно опять же сламках когнитивно сложной картины мира не означает, что российское ПВО супер молодцы, потому что они не сбили те пять дронов, которые, как я уже сказала, серьёзно повредили московские НПЗ. А вот во-первых, понятно, что люди с когнитивно упрощённой картиной мира, они всегда лузеры. Не удивляйтесь, ребята, если потому что человек, ну, на то и на то и является человеком, чтобы строить сложную картину мира, чтобы задавать вопросы. Я не знаю, знаете ли вы, чем отличается человек от обезьяны, но

Я вам скажу одну очень интересную деталь. А дело в том, что, как известно, обезьяна может пользоваться языком. Вот знаменитая горила Люси знала 400 слов и могла составлять новые. Например, если она знала слово "пища" и знала слово "машина", но не знала слово "бензин", она могла бензин показать и сказать, что это пища для машины, что, согласитесь, очень высокий уровень когнитивного строительства.

Но знаете ли, чего никогда не сделала за всю историю наблюдений ни одна обезьяна, которая знала вот этот язык жестов? Очень просто. Ни одна обезьяна за всю историю наблюдения над этими обезьянами ни разу не задала вопрос. Почему солнце круглое или почему солнце жёлтое? Её это не интересовало. В отличие от человеческого детёныша, который до 5 лет задаёт, по-моему, около 40.000 вопросов. Почемучка?

Вот пропаганда отбивает у человека необходимость задавать вопросы. Она всегда к ним, к вопросам относится подозрительно. Всегда ты хочешь вопросы задавать? Ты хочешь выяснить, что там на самом деле? Ты хочешь построить сложную модель? Нет, мы тебе вот м мы знаем тебе все ответы, а вопросов ты не смеешь задавать. И более того, обратите внимание, как часто пропаганда просто сам факт задачи вопроса объявляет, ну, преступно. Вот приходит Виктор Шендерович и говорит отсюда: "Вообще русские не имеют права высказываться по поводу сноса памятника Булгакова". Каждый раз, когда вам запрещают задавать вопросы и выносить свои осуждения, всё значит, там можно большим красными буквами написать "пропаганда".

А, и в связи с этим я не могу не отметить совершенно потрясающий момент. А вот это как раз поводу этой атаки, а, на НПЗ, потому что понятно, что есть серьёзные вещи, связанные с этой атакой, а есть чистая пропаганда, которую вот прямо как нажали на кнопку и нам начали писать там в телемарафоне. А, кстати, обратите внимание, что эта пропаганда не происходит в западных СМИ. Я специально смотрела, как западных СМИ оценивают то, то то, что произошло в Москве. Очень, знаете, отдалённо, да, Украина запустила дроны, большой успех, война продолжается, она будет ожесточаться. Ну, в общем, всё правильно. А, естественно, что одни запускают, но другие будут в ответ запускать. Дальше, естественно, я смотрю телемарафон. В телемарафоне всё, Москва горит. Прихожу на телеканал "Дождь". Всё, там тоже написано, что вся Москва горит. Прихожу читать "Медузу". И тут я вижу прекрасное, что читатели "Медузы", которые живут в городе Москве, более того, которые своими глазами наблюдали все эти дроны, не поленились и тут же написали в "Медузу" прямо десятки писем, причём, знаете, все совершенно одинаковые письма, а как будто сгенерированные по одному промпту. Во всех письмах выражается сдержанное негодование на российские власти, которые там что-то не известили, что информации нету. А во всех письмах говорится: "Но мы не судим строго украинцев". Во всех вот письмах. Вот, допустим, вот письмо я вам прочту. А "Марьяна проснулась в 3:17 от того, что кровать буквально подкинула. Сначала подумала землетрясение, потом услышала жуткое жужжание, как будто огромный шмель летает. Выглянула в окно. В небе были красные точки и трассеры. Соседний дом закрыла дымом. Сын спал в соседней комнате. Я его схватила и в ванную. Теперь я понимаю, что это и есть война. И мне очень страшно. Я не виню украинцев. Они уже четвёртый год живут под обстрелами. Это мы к ним пришли. А всё из-за одного человека и его имперских фантазий. Хочется просто, чтобы это наконец закончилось". А правда, складное письмо. А я вас надула, господа. Это не письмо, которое написано в "Медузе". Это письмо, которое, а, я сама сгенерировала с помощью Грока, по промптам, предложенным Гроком, а, по образцу писем в "Медузе". То есть я скормила Гроку эти письма и сказала: "Слушай, Грок, а тебе не кажется, что как-то вот это все эти письма очень ладненько написаны, и все, значит, вот это прямо такие ладненькие, такие маленькие, такие точные вот со всеми этими мыслями". И Грок сказал мне: "А ты знаешь, я могу тебе сгенерировать промпт, по которому можно написать такие письма". "О, сгенерируй", - сказала я. Промт. Грок сгенерировал промпт. Я сказала: "А теперь письма хочешь?" - сказал мне Грок. "Напишу я теперь тебе письма. Они будут там обязательно должны быть подробности, где-то происходят. Там обязательно должны быть подробности, что человек увидел этот дрон. Там обязательно должны быть описаны его чувства. Это обязательно, значит, вот должно было всё это про имперскую политику, про "я не виню украинцев" и так далее". Написал мне Грок шесть писем. Ничуть не хуже, знаете, тех, которые были на печатной "Медузе". Я ничего не хочу сказать. Я совершенно не говорю, что на "Медузе" это как бы вот кто-то эти письма специально сгенерировал. А просто мне как-то очень возможно, что, ну, как бы это люди, которые сами благодаря пропаганде мыслят по этим промптам, действительно сгенерировали сами, сыграв роль человеческого Грока, человеческого искусственного интеллекта, эти письма такие ладненькие, такие маленькие. А, но вот это вот просто такая комичная деталь, которую я вам хочу рассказать. И вне зависимости от того, как эти письма появились в "Медузе", ещё раз повторяю, я совершенно не настаиваю, что их генерировали какие-то искусственные боты. Я просто думаю, что человек тоже вполне может являться нодой, являться ботом, а который сам такое письмо генерирует. Мне, конечно, кажется, что когда спустя, буквально несколько часов после атаки у "Медузы" оказывается вот такое гигантское количество читателей, которые выражают именно правильные мысли, политкорректные, и почему-то никаких других, то, ну, может быть, именно такие письма и пришли к "Медузе", но выражает, возникает вопрос, является ли это адекватной подборкой, адекватным отражением действительно реакции российского общества, в том числе тех людей в Москве, которые всё это видели. А или это рождается, является вот как раз инструментом той самой пропаганды, а когда люди, которые представляют некоторую, ну, вовсе не обязательно имеющую большинство точку зрения, пытаются массово создать впечатление, что они большинство, и пытаются нам написать промты, чтобы мы думали именно так. А вот такая важная деталечка.

А вот, кстати говоря, ещё, значит, к вопросу о цифровом слабоумии, да, ещё раз я повторяю, что цифровое слабоумие - это искренняя неспособность человека понять сколько-нибудь сложную мысль, связанную с аро с атрофией некоторых сложных отделов, связанное с нейропластичностью мозга и связанная с атрофией некоторых сложных отделах мозга. А после того, как человек постоянно потребляет информационный джанкфуд, а и у него как у крысы формируется эта зависимость, что вот он держит руку на пульсе, и он не замечает, что то, что ему скармливают под видом новостей, вот под видом того самого замечательного свойства человека, что ему хочется нового и что это важно, и что, обратите внимание, а что, конечно, когда мы чего-то новое потребляем, а то у нас наш мозг всегда автоматически этому новому приписывает какое-то увеличенное значение. У нас алгоритм так заложен, который существует в нас. Если человек, я не знаю, видит впервые в жизни баобаб, он говорит: "А баобаб!" И его мозг получает, ну, просто физическое удовольствие от того, что он увидел что-то новое. Баобаб. А если человек этот видит баобаб в тысячный раз в жизни, то уже никакого физиологического удовольствия мозг не получает. Собственно, новости по телевизору у нас как раз эксплуатируют эту слабость мозга человека. Потому что когда они показывают ему под видом новостей ничего не значащей картинки, например, там, я не знаю, человек живёт в Индонезии, ему показывают землетрясение в Чили, которое его не интересует на самом деле примерно никак. Они эксплуатируют вот это свойство очень полезное мозга, которое сделало человека животным с интеллектом. Мы хотим узнавать новое. Так вот, и когда вместо нового человек постоянно употребляет этот информационный джанкфуд и перестаёт быть способным воспринимать какое-нибудь сложные построения, то вот совершенно прекрасный, например, пост Андрея Пивоварова. Значит, министр главы Минобрнауки Валерий Фальков заявил очень простую вещь. Он заявил, что с правильную мысль, что то безумное количество псевдоинститутов, которые образовалось в России, где людей с тремя изверенными корочками по всякому такому маркетингу и прочей фигне, и порождают в результате завышенные ожидания и выбивают последние остатки мозгов, причём нередко с помощью духовного скрепа. Вот это всё фигня. И это даже Маск говорит, что, ребята, не занимайтесь тем интеллектуальным трудом, который скоро заменит ИИ, а лучше идите к вам в сантехники. А, и вот, значит, Андрей Пивоваров, значит, серьёзно пишет, что, значит, в советских учеб это план Гитлера, что, дескать, в Минобр заявили, что образование людям не нужно. Выводы написываются сами собой, но Путин хуже Гитлера. Вот человек реально не способен понять сложную мысль. Ну или, ну, возможно, способен, но обратите внимание, что вот эту часть российской оппозиции, которая находится за рубежом, она вместо А это же люди, которые нам долго рассказывали, что они свободные, что они в отличие от российской пропаганды, что они в отличие от Соловьёва, в отличие от Первого канала, рисуют нам сложную картину мира. Вот сейчас они рисуют нам такую картину, как письма "Медузы", да?

А тут, значит, Тулси Габбард. И меня ещё на прошлой неделе спрашивали насчёт лаборатории, биолаборатории в Украине. И вот только после заявления Тулси Габбард я наконец-то догнала гештальт по этим лабораториям. Значит, следите за руками, что произошло. Как мне кажется, пункт первый. А в Украине, как и во всех оставшихся советских республиках, была куча старых биолабораторий, а в которых, конечно, содержались, во-первых, бесценные коллекции вирусов. Во-вторых, это просто старые хорошие эпидемиологические станции, ну, связанные с тем, что естественная эпидемиологическая станция, вы вирус изучаете в среде его обитания. Вы не можете там, условно говоря, чумного суслика, который бегает где-то в Средней Азии, изучать или в Вашингтоне, или в Москве. Вам надо его изучать в Средней Азии. А, и, соответственно, вот всё это добро остаётся. Возможно, действительно, это биолаборатории, которые по старой советской привычке какие-то из них что-то над чем-то серьёзным работали. И штаты начинают их финансировать после распада Советского Союза. Потому что, как я уже сказал, первое - это бесценные коллекции вирусов. Б. Вирус надо изучать среди обитания. В. Если не подкинут денег, то продадут Ирану или кому похуже. А причём небольшого, никакого большого ресё, как в Ухане, при этом, разумеется, не ведётся, потому что, во-первых, не та квалификация. Б. Ну, если в украинской лабе сварят хороший вирус, то с ним случится тоже, что с украинскими установками ПВО: продадут Ирану или что-нибудь в этом роде. Это, разумеется, кошмар для американцев. И идея делать дизайнерские вирусы в Украине - это для самоубийц. Но тем не менее, обратите внимание, что всё это делается действительно в рамках секретных программ и Gain of Function, так называемого усиления функций. Я это очень люблю. У меня два вируса про два ролика про уханьский вирус. Прошу любить и жаловать, даже три. А потому что просто Gain of Function запрещена, а Фаучи большой её поклонник. Это узнаёт Россия. И в начале войны заявляют, что в Украине делают компоненты биологического оружия. Ну, что является, конечно, натягиванием очень маленькой совы на очень большой глобус, потому что, как я уже сказала, ну, теоретически, да, в принципе, нельзя исключать, что какую-то пробирку с оспой, которая стоит на полке с двадцать пятого года, 1925 года, куда-то привезли ещё, и там у неё скопировали там receptor binding domain или receptor binding motive и там со словами, что вот смотрите, какой какой интересный RBM. Давайте его куда-нибудь собачим и посмотрим, что получится. Такие вещи действительно происходят периодически. Я м не буду вам рассказывать историю, которая случилась в очень уважаемой американской лаборатории. Даже не буду показывать пальцем, где это было, потому что это как бы даже секрет, но вот просто история, что называется, из уст людей, которые её непосредственно наблюдали, когда это даже не лаборатория, а, скажем так, выдающийся институт, расположенный в центре могучего промышленного города, могучего города, переезжал с места на место. И зашли в кладовку и говорят: "А что это у нас тут на полке стоит?" И выяснилось, что на полке вот просто в обычных пробирках стоит оспа. Живая, здоровая, совершенно нормальная. Что было понятно, люди-то сейчас от оспы не привиты, она считается уничтоженной болезнью. То есть, если такая пробирка при переезде, ээ, ну, просто приходит уборщик, машет лопатой, оно разбивается, ну, то у вас просто получается писец и чёрный писец и конец обеда. А эта пробирка оказалась ни в каких документах не учтена. Да. То есть просто у людей стояло за три четверти века просто забыли, что у них стояло на полке. А, да. Так, собственно, возвращаясь, значит, конечно, в этих лабах там с каких-то советских времён могли какие-то интересные вещи остаться, но самое важное, что что байденновский Госдеп, выгораживая Фаучи, вместо того, чтобы сказать, что, мол, так и так, ну да, вот это вот эти лаборатории, но они делают то-то, давали мы им деньги по этому-то, тоже начинает врать, что никаких лап не было. И я всегда не могла понять, почему, почему врёт Госдеп. А только вот после того, что сказала Тулси Габбард, я поняла, что Госдеп врал, потому а что у них тоже было немножко рыло в пуху, потому что они действительно проводили это по Gain of Function, а Gain of Function была запрещена, а Фаучи, значит, как большой поклонник на это, как я уже сказала, дело в другом месте.

Так, про Тинькова. А меня же тут ещё спрашивают, значит, а, Тиньков, который, значит, заявил, а, он же сдал российский паспорт и заявил, что, значит, бывшие его сограждане ответственные за войну в Украине. Причём Варламов, который на агент и всякое такое прочее, тоже отвечает, а он, Тиньков, не отвечает. А, и меня это совершенно потрясло, потому что я напоминаю, то есть что тут самое интересное? Тут самое интересное как раз вовсе не построение Тинькова. Тут самое интересное, почему он это делает. Потому что я напоминаю, что у Олега Тинькова были проблемы именно на Западе, потому что в двадцатом году его арестовали в Лондоне по запросу США. Обвинили его ни больше, ни меньше как в сокрытии активов больше полмиллиарда после IPO и уклонения от Exit Tax, потому что при отказе от гражданства он отказался от американского гражданства. Надо было типа указать, сколько на самом деле он заработал на этом IPO, а он там как-то наловчился. И в итоге в двадцать первом году он признаёт вину, платит 508 млн долларов штрафов, процентов и так далее, получает условный срок. А во-вторых, Великобритания в марте двадцать второго года вводит персональные санкции против Тинькова, грабит его самолёт, не разрешает иметь с ним дело и так далее, и так далее. Сейчас эти санкции сняты. А, и в результате этого Тинькову, конечно, пришлось выбирать ему на Запад или на Восток. Ну вот некоторые, например, Фридман выбрали вернуться в Россию, а Тиньков, соответственно, остался на Западе и продал свою долю банку Потанина по комичной цене. Кроме этого, санкции на Тинькова, что самое прекрасное, наложили помимо Австралии тоже сейчас эти санкции сняты. Украина, которая до сих пор этих санкций не сняла. И Тиньков у нас, который рассказывает про коллективную вину, всё равно проходит как пособник российской агрессии. А, и значит на Да, это называется список спонсоров и пособников вооружённой агрессии. Это, что называется, это троллем никогда не угодишь. Вот как только ты вступаешь на эту сложную скользкую дорожку и начинаешь рассказывать, что все в говне, кроме тебя, вот все виноваты в этой страшной коллективной вине. Все, значит, нехорошие [ __ ] все недочеловеки, кроме тебя. И надеешься, что тебя-то, значит, по этому поводу-то а будут обращаться с тобой хорошо. Как оказывается, что это ловушка 22 и что ты всё, что вот Тиньков всё равно в украинских санкциях, как спонсор и пособник вооружённой агрессии. Вот Варламов не догадался. Надо было задать Тинькову: "А ты вопрос: "А ты что, с Украиной не согласен, что ты тоже спонсор и пособник агрессии?" В общем, я к чему, пока Тиньков делал бизнес в России, его высказывание было понятно, оптимизировано под возможность делать бизнес в России. Говорил, что Путина надо помазать на царство, сделать его царём, его уход будет трагедией для страны, я бы ему присягнул. Сейчас ситуация изменилась, потому что я напоминаю, что Тиньков сделал мексиканский цифровой банк, Плата. В двадцать пятом году этот банк стал единорогом 155 млрд долларов. Осенью он стоил уже три с лишним миллиарда. В этом году он привлёк 405 млн в раунде размещения. И оценка выросла до 5 млрд. Это одно из самых дорогих частных финтех компаний в Латинской Америке. А теперь вот представьте эту картину маслом. Во-первых, обратите внимание, банк Латинской Америки. Не в Европе всё равно, не в Англии, не в Австралии, не в Соединённых Штатах, там вот везде вот это есть след у Тинькова. И вот к вопросу беспощадной европейской бюрократии. Вот представьте себе, она сейчас как работает. Вы думаете это от одного там? Вы думаете, это только у, я не знаю, тех поенсов проблемы крупных российских олигархов? Да, если бы я вам сказала, у кого проблемы из тех, которые просто за Украину жопу рвут, вы бы тут просто катались от смеха, потому что европейская бюрократия, она беспощадна ко всем, ко всем врагам Рейха и не только, значит, беспощадно к врагам, которые непосредственно находятся в санкциями, а к друзьям тоже. А, значит, вот представьте себе, что вы делаете роуд-шоу. В этот момент опять приходит европейская бюрократия и говорит: "А вот это вот пособник агрессии". И опять вносит санкции. Ну, понятное дело, тут не то, что скажешь про коллективную вину, тут про что угодно скажешь. Но мне кажется, что вот тут самое главное - это очень хороший показатель, какого уровня добровольно изъявляемой любви к большому брату требуется от бизнесмена с российским происхождением сейчас на Западе. Причём заметим, что эти заявления им, ещё раз ничего не гарантируют.

А спрашивают меня ещё раз поводу европейского закона, который принят сейчас, по поводу мигрантов, дескать о том, что их облегчённая высылка процедуры и высылка, их высылать их будут в какие-то лагеря, которые находятся за пределами Европы. Могу сказать, что это абсолютно пустой закон. Ну, это типичная операция бюрократии. Когда избиратель дошёл уже до белого колена, ему надо втюхать обманку. А потому что, обратите внимание, во-первых, этот закон облегчает процедуру высылки только нелегальных мигрантов. То есть есть 50 млн мусульман в Европе с паспортами и ВНЖ, их никто не трогает. А ни за какие преступления большей части стран, но там разные, ещё раз повторяю, разные законы, но в большей части стран этих прекрасных людей даже за преступление не получится депортировать. А во-вторых, конечно, сама идея о том, что миграционный преступник нуждается в каком-то дополнительном законе, чтобы его выслать, она уже прекрасна, он уже преступник, у него уже нет ни в одной бумажки, его можно в шею гнать. Ну и, конечно, в реальности национальные органы по умножению мигрантов, они будут делать то, что они будут делать. Они будут умножать мигрантов. И в-третьих, я должна сказать, что эти пресловутые лагеря депортации на за территорией ЕС уже функционируют. Например, такие лагеря есть в Албании. И функционируют они так. Туда везут нелегала из Италии. Вслед за этим нелегалом приводит розоволосовый правозащитник, привозит пачку решения левых судов. Соответственно, мигрант опять оказывается в Италии. Это стоит гигантское количество денег, результат ноль. Так что это вот закон ровно о том, чтобы обыватель услышал про закон и впечатлился, что власти наконец как-то на меня среагировали и что-то делают. В то время как единственный закон, на который я вам советую обратить внимание, это другой закон, который недавно принял ЕС о том, что если страна не принимает своё толи мигрантов, она платит драконовские штрафы. Вот это действительно настоящий закон.

Так, кстати, к вопросу об Армении. Я так долго об Армении после выборов и не поговорила, но вот когда я вижу новости об Армении, которая стремится в Европу, ну, помимо того, что понятно, что никакая Европа, если что, воевать за Армению не будет, а я хочу обратить ваше внимание, что с новыми мигрантскими, европейскими законами, другое дело, что Армению тут никто не примет. Там же, как и Украине будут водить по губам, но вот с новыми мигрантскими европейскими законами. А даже Армению не надо будет завоёвывать Турции. Просто вот приедет из Турции нужное число переселенцев, которым нельзя будет отказать или придётся платить огромный штраф. Что будет дальше, но можете сами догадаться.

Так, ну, пожалуй, значит, как я уже сказала, так, а что министр обороны что-то сказал про поход на Крым? А Грок пишут мне: "Скоро миротворцы окажутся". А чекнул, пишут мне заголовки "Дождя". Там нет заголовка "Вся Москва горит". Есть "Москва горит". Это не одно и то же. Я не фанат "Дождя", но но Юлия пытается выставить факты так, чтобы подтвердить свою картинку мира. А я думаю, что вы не правы. Сейчас ещё раз. Я просто Да. Значит, это был заголовок в Инстаграме. И это был заголовок в это был заголовок в Инстаграме и это был заголовок в Фейсбуке. Я его отметила, поэтому А сейчас я просто извините, ради бога. А, да, вот точный пост от телеканала "Дождь" в Instagram. Заголовок поста: "Вся Москва горит". Всё горит. А, а, и сейчас я его постараюсь найти в Фейсбуке. Да, вот ещё раз повторяю пост "Дождя" в Фейсбуке. "Вся Москва горит". Всё горит. Жители Москвы реагируют на масштабную атаку дронов. Подписывайтесь на телеканал "Дождь". Я с вами абсолютно согласна, что как бы есть разница между "вся Москва горит" и "Москва горит", Алексей Бронников. И я согласна, что это не в Ютубе, а, как я уже сказала, в Фейсбуке. Но тем не менее такой заголовок был. А насколько он Понятно, что это заголовок с одной стороны, который, ну, пытается привлечь внимание. А, но а значит, Гордон, мне пишут: "Сегодня, Лукашенко хоронил". Ничего удивительного. Пожалуй, это последняя вещь, которую я скажу про Лукашенко. Это очень важно. А потому что напомню, что некоторое время назад президент Зеленский и вообще украинская пропаганда страшно разгоняла, что вот сейчас Беларусь как нападёт на Украину. Правильно, если вы помните, принимали при этом Светлану Тихановскую. То есть было как-то странно. Зачем Беларуси, которая не делала это в двадцать втором году и которая там сидит на заборе и так превосходно эксплуатирует свой посреднический нейтральный статус? Зачем ей, значит, ввязываться в эту кровавую мясорубку, когда уже совершенно ясно, что самое лучшее держаться от этой кровавой мясорубки подальше. Было странно, что это происходит в тот момент, когда приехала Светлана Тихановская. А, но и вдруг, значит, внезапно теперь это уже Зеленский ставит Лукашенко ультиматум, что типа вы сделаете то-то, а иначе мы это сделаем сами. То есть иначе анонсируется, соответственно, какой-то способ атаки Украины на Беларусь. Что с одной стороны может быть как раз расценено как попытка открыть новый фронт и Беларусь втянуть в войну, то есть сделать войну всё более глобальной. Но с другой стороны, мне кажется, что в данном случае вот это конкретное заявление Зеленского, помимо его пропагандистских эффектов, может иметь вполне нормальное рациональное военное объяснение, которое заключается в том, а что вот Россия, дескать, испугается, что сейчас Украина нападёт на Беларусь и свои войска, в том числе с тех мест, где она наступает, оттянет и расположит в Беларуси. Ну, с учётом того, что, как я уже сказала, у этого заявления, на мой взгляд, есть вполне здравое военное измерение, которое, на мой взгляд, ни к чему не приведёт, но тем не менее попытка не пытка, ничего не стоит так дёшево и не окупается, э, если окупается, как пиар. Ну и, пожалуй, на этом мы с вами потихонечку заканчиваем. Извините, я просто читаю ваши вопросы. А меня спрашивают: "Юлия, что вы будете говорить?" Если Путин объявит мобилизацию, расскажете нам о перевесе сил России. А это значит это называется, когда вы бросили пить коньяк по утрам. А если Путин объявит мобилизацию, я скажу, что он совершил большую стратегическую ошибку. А потому что сейчас потому что сейчас стратегия России, правильная стратегия заключается в том, чтобы вести войну на истощение Украины. Украина, как мы видим, потихонечку истощается. И второй важнейший момент, не истощиться самой. Не надо оказаться в роли Спарты, которая выиграла Пелопоннесскую войну, а потом на поле битвы при Левктрах, Левктрах оказалась в 371, а оказалась, соответственно, с 700 на поле битвы при Левктрах оказалось с 700 полноправными спартатами. А, соответственно, вот пока мы видим эту линию очень чётко, и пока мы видим, что все рассказы про грядущую мобилизацию, это как раз в основном пропаганда, которой занимается либо российская миграция, либо, соответственно, украинский телемарафон. Но иногда это пишут там какие-то там зетники, которые наоборот этой этой мобилизации требуют, которые не совсем понимают что, а мобилизация сделает следующее. Она разорвёт существующий договор между российским обществом и Путиным, который заключается в том, что типа страна живёт так, как будто войны нет, а тот, кто хочет, может пойти деньги, э, взять деньги, заработать на войне и умереть. Она, соответственно, переведёт, учитывая существующий человеческий материал, а мобилизацию приведёт ровно к той самой бусификации, которая существует в Украине. Потому что условные, условные российские ТЦшники будут бегать за людьми, чтобы они откупились. Тем более, что Украина показала, как это происходит и какие на этом безумные деньги можно заработать. А исчезнет то ощущение морального превосходства, которое сейчас существует. Потому что, ну, это довольно смешно, когда нам рассказывают, как Украина воюет за свободу, а мы вот видим вот этих ТЦшников, которые охотятся на людей, ну, просто просто реально, как в оккупированном государстве. А и помимо вот этого нарушенного общественного контракта и нарушенного состояния, а самое главное, что к чему это приведёт, это приведёт к стратегическому истощению России. Это приведёт к тому, что ещё там миллион человек убежит из России, чтобы не платить деньги или не отправиться на войну. И это пока не то, что, да, это, возможно, приведёт к какому-то достаточно быстрому продвижению на фронте, но и то не скоро. И более того, обращаю ваше внимание, что учитывая то, что за Украиной сейчас стоит Европа, у которой всё-таки худо-бедно деньги есть, и 450 млн населения, а то чем больше Россия будет увеличивать давление, тем, очевидно, больше Европа будет помогать Украине, чтобы не оказаться со спущенными штанами. И в результате, таким образом, с помощью мобилизации можно и людей потерять, и ничего особенного не приобрести. Вот это вот медленное варенье лягушки в молоке, которым сейчас занимаются российские войска, оно в этом смысле гораздо более предпочтительное. А так что если Путин, ну, то есть если не случится никаких вот вот других катастрофических подвижек, да, не изменится кардинально стратегическая ситуация, а то, конечно, мобилизация будет стратегической ошибкой, причём катастрофической стратегической ошибкой. Мы знаем, что российская власть умеет совершать стратегические ошибки. Например, она только что на наших глазах совершила ошибку с интернетом. Я также считаю, что ошибкой является её обращение с бизнесом, что называется, попрошу занести в протокол, не говоря уже там всяких мелких вещах типа как там 10 лет польской русофобии выставки в Катыни. А, но также обращаю ваше внимание, что в том, что касается непосредственного ведения войны, российская власть проявляет редкое хладнокровие и редкое стратегическое мышление. как раз, мм, не считая, конечно, самого процесса начала войны. Вот тут российская власть кардинально ошиблась. Вот тут она думала, что это будет короткая война. Вот тут она просчиталась по ряду очень серьёзных позиций. Но после этого там все те стратегические решения, которые принимал Путин, они были как раз очень здравые. И вот, собственно, в результате их мы Россия потихоньку, понемногу, но а не истощается, а б потихоньку одерживает, я бы сказала, тяжёлую по очкам и очень кровавую победу с учётом того, какие силы ей противостоят. А всё может быть, потому что в истории войные стороны очень часто совершают катастрофические ошибки, причём на ровном месте. Если когда-то я думала, что войны выигрывает тот, кто делает всё правильно, то теперь я понимаю, что войну выигрывает та сторона, которая совершает меньше ошибок, чем другая сторона. А, соответственно, на этом будем прощаться до завтра. Это была Юлия Латынина. Это был "Код доступа". Э, кстати говоря, не забывайтесь, помимо того, что на нас подписываться, если вы можете подписаться на наш Patreon, а то это будет очень здорово, потому что напоминаю, что мы существуем исключительно на этот YouTube и, соответственно, на этот Patreon. Никаких других источников дохода со времён, собственно, начала войны у нас нет, что мне и позволяет первое говорить абсолютно свободно, в отличие от и второе, знаете, не выбирать выражений и менять свою точку зрения, когда я понимаю, что я ошибалась. Жизнь сживает прежний пыл. Судьба готовится к итогу. И всё тяжелее взмахи крыл влекущих разум тайно к Богу. Друзей тускнеют имена при всполохе земного страха и предвещают времена грядущую победу праха. Но не избывен веры свет, ведущий далек славещей, что за тобой идущий вслед не выронит свечи горящей. И кровь твоя в нём будет течь, и жизнь твоя случится внове. И воскресит идущий речь оборванную на полуслове. Имени разбег верша ужо помянут в створе храма. Тебя бессмертная душа потомка грешного Адама. М.