Transcription
Ну, мир, мир – это ныне море бушующее. И небо тоже, над этим бушующим морем, приготовилось расколоться главной грозой всех веков. Мы видим зарождение цунами, и Россия переродилась в ад. То есть все в ожидании великих, серьёзных, сверхсерьёзных планетарных драм.
И тут, рядом с цунами, вдруг забулькало, и всплыли, всплыли хорошие русские, а милейшие люди. Они собрались в Брюсселе, чтобы – изгои, беглые катержники – они собрались, чтобы обсудить в Брюсселе муниципальные и прочие выборы в России в 2026 году и консолидироваться для участия в этих выборах, а, и для умного голосования и прочей белиберды. Да, я серьёзно.
А почему именно с этой восхитительной, такой аналоговнетной ахинеи взошёл на брюссельскую трибуну неподражаемый в безумии своём Яша? А у них вообще всё очень интересно там было в Брюсселе. Прошлую попытку изменить в корне реальность хорошие русские, как вы помните, сделали в Берлине. Они походили толпой человек 300, помахали флагами, покричали о гнусности Путина, «нет войне» и всмотрелись вдаль, не стал ли результатом их шествия Россия свободной и счастливой. Увидели, что не стало, но решили, что, наверное, всё дело в том, что, ну, не там ходили. Вот если ходить не в Берлине, а в Брюсселе, то всё получится. Россия преобразится, да? Ну то есть, а люди действительно всё, уверяю вас, всех знаю, все люди очень хорошие, но вот Россия – невыправляемая из них.
И все эти обещания сделать её свободной, счастливой напоминают такую клятву лилипутов, которые встали над пылающим кратером вулкана и собираются коллективно пописить, навсегда этот вулкан, этот вулкан погасить. А очень много, очень много было вообще смешного, вплоть до того, что было предложено Россию включить в состав ЕС, сделать её частью Евросоюза. Вот такая пришла экзотическая идея. Заставить бедный Евросоюз впустить в себя, проглотить, проглотить гниющего, разлагающегося, но ещё живого, ядовитого ящера, чтобы он имел возможность уже изнутри жрать Евросоюз, выедать его внутренности. Понятное дело, что всё это милое, очаровательное, нелепое, но вполне достойное упоминания болтовня. М.