Transcription
Star Media Babich-design
ВЕЛИКАЯ НАРОДНАЯ СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА
ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА
ОПЕРАЦИЯ БАГРАТИОН
Поздней ночью на станцию под усиленным конвоем прибыло новое танковое подразделение. Помимо Т-34, с платформ выгружали какие-то неуклюжие конструкции, накрытые брезентом. Планы советских войск в Белоруссии держались в строжайшей тайне. Тайна груза раскрылась лишь через пару дней на учебном полигоне. Т-34 толкали перед собой тяжелые стальные цилиндры. Сухопутные войска прозвали эти необычные танки «траулерами». Они двигались по минным полям, взрывая своими тяжелыми катками взрывчатку в минах и расчищая путь для идущих за ними танков и пехоты. Два полка таких инженерных танков тщательно охранялись войсками охраны Первого Белорусского фронта. Командующим фронтом был генерал Константин Рокоссовский. Он приберегал «траулеры» для наступления, планы которого держал в секрете. Могло показаться, что советские войска в Белоруссии готовились к обороне. Ночью с воздуха были видны передвижения в одном направлении, с фронта в тыл. Все делалось для того, чтобы убедить противника в ослаблении соседнего участка и переходе к обороне, тогда как наступление готовилось в другом месте. В письме Черчиллю от 6 июня 1944 года, в день высадки британских и американских войск в Нормандии, Сталин писал: «Летнее наступление советских войск, предусмотренное нашим соглашением на Тегеранской конференции, начнется в середине июня на одном из важнейших участков фронта». Он не раскрыл даже высшему командованию союзников, какой участок станет «важнейшим». Тем временем Третий Рейх переходил к обороне. Во Франции немцы с нарастающей тревогой ожидали высадки британских и американских войск. Группа армий «Север» отступала от Ленинграда. Группа армий «Юг» оставила Крым. Только позиции группы армий «Центр» в Белоруссии казались немцам стабильными. На этом участке фронта немецкие позиции выступали далеко вперед, образуя так называемый Белорусский балкон. Попытка советских войск атаковать через Витебск и Оршу зимой провалилась. Белорусский балкон держался. Лето приближалось, но командование Вермахта не чувствовало уверенности. Когда же русские начнут свое новое наступление? Куда они стянут свои танковые армии и авиацию, чтобы отразить их удар? После успешных действий советских войск на Правобережной Украине немцы предполагали, что летом 1944 года Красная Армия будет наступать и там. Поэтому основные силы немецкой армии, танки и авиация, были отправлены на юг. Справка. Из 5000 танков на Восточном фронте немецкое командование оставило в Белоруссии менее 600. На Украине действовало семь групп немецких истребителей. В Белоруссии оставалось только две. Северно-Украинскую группу возглавлял генерал-фельдмаршал Модель, считавшийся экспертом в организации обороны. Группу армий «Центр» возглавлял Эрнст Буш, которого Гитлер ценил, но не считал «гением обороны». Усиление немецких войск на Украине определило решение Генерального штаба начать наступление в Белоруссии. Там, в белорусских лесах, Красная Армия понесла одно из крупнейших и самых горьких поражений в первые дни войны. Теперь она планировала полностью отомстить за это. Новая запланированная операция получила кодовое название «Багратион». Разработанный в Генеральном штабе план предусматривал ряд атак. Сначала войска должны были окружить и разгромить противника на флангах у Витебска и Бобруйска, а затем двигаться к Минску и отрезать пути отхода всей немецкой группировке. Таким образом, советское командование планировало разгромить всю группу армий «Центр». Красная Армия никогда не ставила перед собой задачу такого масштаба. Кроме того, этот амбициозный план требовал отказа от стандартных решений. Командующий Первым Белорусским фронтом Константин Рокоссовский предложил нанести два удара по правому крылу фронта одновременно – по Бобруйску и Слуцку. При этом каждый из ударов должен был быть главным. Предложенная им тактика противоречила устоявшимся взглядам, согласно которым главный удар мог быть только один, а остальные должны были быть второстепенными. Константин Рокоссовский, герой Первой мировой и Гражданской войн, кавалер Георгиевского креста. Человек редкого мужества, храбрости, честности и скромности. В 30-е годы командовал кавалерийским корпусом. В 1937 году был арестован. Под следствием он не дал ложных показаний ни против себя, ни против кого-либо другого. После освобождения в 1940 году был восстановлен в той же должности. В начале войны командовал корпусом, затем армией. С 1942 года командовал фронтом. Рокоссовскому пришлось настоять на своем смелом предложении на совещаниях в Генеральном штабе 22 и 23 мая. Совещания были весьма драматичными. Его предложение нанести два главных удара одновременно подверглось резкой критике. Рокоссовский вспоминал: «Дважды мне предлагали уйти в другую комнату и обдумать предложение Генерального штаба. После каждого такого перерыва мне приходилось изо всех сил настаивать на своем решении». В конце концов Сталин сказал: «Настойчивость командующего фронтом доказывает, что он хорошо продумал план наступления. Это надежная гарантия успеха». Предложение Рокоссовского было принято. В 1944 году танковая армия генерал-полковника Георга Райнхардта занимала позиции у Витебска. К тому времени она не имела ни одного танкового соединения и состояла исключительно из пехоты. Георг Райнхардт начал войну командиром танковой дивизии. Во время наступления на Москву он сменил Германа Гота на посту командира Третьей танковой группы. Он вел свои танки к Красной Поляне в 15 км от столицы СССР. Группа армий «Центр» включала четыре армии общей численностью около 1 миллиона человек. Ни одна из предыдущих крупномасштабных советских операций не готовилась так тщательно, как «Багратион». Если бы противник раскрыл подготовку к этому наступлению, он бы немедленно перебросил немецкие танковые дивизии и авиацию из Украины в Белоруссию. На болотистой и лесистой местности, столь неудобной для любого наступления, это было бы фатально для Красной Армии. По этой причине подготовка проводилась в условиях полной секретности. Войска перебрасывались только ночью, соблюдая строжайшие меры маскировки. Грузовики ехали с выключенными фарами. Для ориентирования вдоль дорог были установлены белые метки, а задние части грузовиков были выкрашены в белый цвет. Обгоны были категорически запрещены. Переброска войск осуществлялась только с 22:00 до 4:00. С первыми лучами рассвета остатки частей должны были остановиться и замаскироваться. Передвигаться могли только машины со специальными пропусками, которых в каждой армии было не более сотни. Специально выделенные самолеты проверяли маскировку, пролетая над районами сосредоточения войск. Если пилот замечал расположение советского подразделения, он сбрасывал вымпел. Вымпел означал, что позиции войск видны с воздуха, и командиры должны были принять срочные меры для улучшения маскировки. Строгая секретность была введена во всех армиях. Не более двух-трех человек разрабатывали операции фронтов, которые затем записывались от руки и докладывались в Генеральный штаб лично командующим. Было принято решение не использовать танковые части в операции по окружению войск противника у Витебска. Для Райнхардта, самого бывшего танкиста, их появление было бы тревожным знаком. Красная Армия временно прервала работу своих радиостанций. Позднее немецкий историк Хинце писал: «Вопреки своей привычке, русские соблюдали полное радиомолчание». Тем временем советские солдаты готовились к пересечению болотистой местности планируемого наступления. Пехотинцы учились плавать, ходить по болотам, переправляться через реки на чем придется, ориентироваться в лесу. Они изготовили огромное количество «болотных сапог» – специальных лыж для болот, которые не давали увязнуть в топких лесах Белоруссии. Для этого они делали грабли, плоты и лодки для пулеметов, минометов и легкой артиллерии. Они собирали запас бревен и фашин, вязали вязанки хвороста. Шахтеры и танкисты использовали их для устройства гатей, специальных дорог в болотах для танков. Объем железнодорожных поставок достиг колоссальных масштабов. Справка. По приказу Генерального штаба войска должны были иметь пять комплектов боеприпасов. Для доставки только одного комплекта боевых боеприпасов требовалось 1300 железнодорожных вагонов. Всего в Белоруссию было доставлено 400 000 тонн боеприпасов, 300 000 тонн топлива, более 500 000 продовольствия и снабжения. В среднем на фронты ежедневно прибывало до 100 поездов. Сохранить подготовку такого масштаба в полной тайне от противника было невозможно. Однако Вермахту не удалось разгадать планы советского наступления. За три дня до советского наступления командующий группой армий «Центр» Буш уехал в отпуск. Тем временем его миллионная группировка попала под удар всех четырех советских фронтов, насчитывавших 2 400 000 человек. Их поддерживали 5200 танков и самоходных машин и 5300 самолетов. Шахтерам была поручена особая задача на заключительном этапе подготовки к операции «Багратион». Между позициями советских и немецких войск находилось множество минных полей, установленных обеими сторонами для защиты своих позиций. В последние две ночи перед началом наступления советским саперам пришлось разминировать свои мины. Основным элементом механизма любой мины является взрыватель. Взрыв срабатывает от давления. Разминирование заключается в поиске мины, отвинчивании взрывателя, выкапывании обезвреженной мины из земли и удалении ее в безопасное место. В данном случае, однако, разминирование должно было проводиться в полной секретности. Если бы немцы заметили советских саперов, они бы раскрыли планы советского командования. Разминирование мин перед своими позициями могло означать только одно – подготовку к наступлению. Поэтому советские саперы не выкапывали мины из земли. Они только отвинчивали взрыватели. Мины с растяжками, установленные весной, было труднее всего обезвреживать. Взрыватель такой мины взрывается от малейшего прикосновения к тонкой проволоке, натянутой вдоль земли. Высокая летняя трава хорошо скрывала растяжки. Солдатам приходилось ощупывать каждый сантиметр земли, чтобы найти растяжку, а затем и саму мину, так как они ползли по минным полям ночью. Малейшая неосторожность могла привести к взрыву и гибели сапера; в таком случае секрет подготовки был бы раскрыт. Обычно в минных полях прокладывались узкие тропы, которыми пользовались танки и пехота для выхода на бой. Однако в дыму боя видимость обычно ухудшалась, из-за чего танки теряли ориентацию и подрывались на оставшихся минах. Теперь проблема была решена радикально. Линия фронта была полностью очищена от мин. За две короткие летние ночи советские саперы обезвредили 34 000 мин. Теперь на пути наступающих немецких позиций оставались только минные поля перед немецкими позициями и глубоко в тылу обороны. Их предстояло разминировать новым танкам – «траулерам». Согласно плану Генерального штаба, начало операции «Багратион» не было привязано к годовщине начала войны. Однако из-за задержек, связанных с поставками боеприпасов и сосредоточением войск, операция началась 23 июня 1944 года. Через три года после начала войны советские войска начали наступление под Витебском, отправив разведывательные дозоры. Подразделения Первого Прибалтийского и Третьего Белорусского фронтов ворвались в первые траншеи немецких оборонительных линий. Бои продолжались до ночи следующего дня, затем в бой вступили разведывательные дозоры. Авиационные бомбы и огонь советской артиллерии обрушились на немецкие позиции. Пехота и танки двинулись на противника. Главный удар штурмовиков Ил-2 был направлен не на линию фронта, а на немецкую артиллерию в глубине обороны. Гаубичные батареи, стрелявшие с укрытых далеко позиций, были страшными и опасными противниками, способными остановить передовые советские части. В то же время горы боеприпасов, накопленные артиллерийскими орудиями, были чрезвычайно уязвимы для ударов с воздуха. Советские штурмовики летали на малых высотах и обстреливали личный состав орудий из пушек и пулеметов, а бомбы и ракеты Ил-2 взрывали штабеля боеприпасов. Ил-2, штурмовик ОКБ Ильюшина, был самым массовым боевым самолетом в истории человечества. Все значимые элементы конструкции самолета были бронированы. При атаке самолета на пролете, складки местности защищали самолет от огня зенитных орудий, а броня – от огня вражеской пехоты. Однако низкая скорость и плохая маневренность Ил-2 делали его очень уязвимым для атак немецких истребителей. Во второй половине войны эскадрильи штурмовиков вылетали только под прикрытием истребителей. Однако 23 июня 1944 года командование группы армий «Центр» имело всего 40 истребителей, поэтому они не могли отразить массированные налеты советской авиации. Илы могли действовать свободно, и часто вылетали на задания без поддержки истребителей. Во второй половине войны Гитлер предложил концепцию городов-крепостей, согласно которой специально выделенные войска должны были оборонять крупные узлы дорог даже в полном окружении. Витебск должен был стать одной из таких «крепостей». Город оборонял корпус генерала Гольвитцера. Генерал танковых войск Райнхардт оценил ситуацию вечером первого дня боев и предложил вывести войска из витебской «мышеловки». Однако фельдмаршал Буш, спешно прервавший отпуск для возвращения на фронт, передал приказ Гитлера – «держаться любой ценой». На третий день боев войска двух советских фронтов встретились на берегу Западной Двины. Витебская группировка противника была окружена. Только вечером Гитлер разрешил вывести войска из Витебска, приказав оставить одну дивизию для обороны города. Однако отчаянная попытка немцев прорваться из котла провалилась. Немцам удалось выйти к лесам на юго-западе города, когда вокруг них замкнулся плотный круг. Под ударами самолетов и артиллерии они продержались менее суток. После пяти дней боев за Витебск немецкие части капитулировали. Около 17 000 человек сдались в плен, включая Гольвитцера и его начальника штаба. Оставленная в Витебске дивизия также не добилась успеха в обороне. Советские части ворвались в город, захватив мост через Западную Двину. Вечером остатки немецкого гарнизона попытались прорваться, но вскоре пополнили ряды военнопленных. Наступление Первого Белорусского фронта Рокоссовского под Бобруйском началось немного позже. Там советские войска наступали через Рогачев и немного южнее, через Паричи. 24 июня Жуков, действуя как представитель Ставки, прибыл на наблюдательный пункт генерала Горбатова в Рогачеве. Горбатова должны были поддержать 1400 самолетов. Туда же были отправлены бомбардировщики дальней авиации. Для поддержки наступления через Паричи были выделены меньшие силы – 900 самолетов. Сам Рокоссовский остался с войсками южной группировки. Там, у Паричей, ему предстояло наступать среди болот. Рокоссовский вспоминал: «Уезжая, Георгий Константинович пошутил, что они с Горбатовым подадут мне руку у Березины и помогут вытащить мои войска из болот». Удар тяжелых бомбардировщиков под Рогачевом был нанесен ночью. Для наведения летчиков вдоль плацдарма выстроились грузовики с включенными фарами. Они светили на восток. Их огни не были видны противнику, но самолеты видели их хорошо. Кроме того, были зажжены специальные пиротехнические факелы. Горбатов вспоминал: «Когда наступила полная темнота, мы сначала услышали ревущий звук легкой ночной авиации, летящей для удара по огневым позициям и траншеям противника. Позже к ним добавились тяжелые самолеты. Они летели волнами. Вскоре мы увидели сотни огненных фонтанов и услышали взрывы». На рассвете штурмовики продолжили операцию. Дым от бомб еще не рассеялся, когда артиллерия и «Катюши» атаковали немецкие позиции. За несколько минут до окончания артиллерийской подготовки на поле боя выехали танки-«траулеры». Роты инженерных танков двигались в два эшелона. Мины взрывались, постоянно подбрасывая катки «траулеров». Вскоре в немецких минных полях были проложены широкие коридоры для танков, самоходных машин и пехоты. Однако, несмотря на мощный удар с воздуха и успешное разминирование, наступление под Рогачевом разворачивалось медленнее, чем предусматривал план. Немецкая оборона на плацдарме у реки Друть оказалась достаточно сильной. Напротив, под Паричами Рокоссовский прорвал немецкую оборону в первый же день наступления. В образовавшуюся брешь были введены конно-механизированная группа Плиева и танковый корпус. План Рокоссовского нанести два главных удара одновременно полностью оправдал себя. Так получилось, что именно ему пришлось подать Жукову руку помощи. Единственная танковая дивизия группы армий «Центр», сначала направленная для отражения наступления под Рогачевом, после успешного продвижения Рокоссовского была вынуждена срочно перенаправить свои танки к нему. В ходе поспешного марша среди лесов и болот немецкие танки начали ломаться. Тем временем Рокоссовский расширял брешь. Остановить его силами одной дивизии было уже невозможно. Немецкая оборона под Рогачевом лишилась танков и рухнула. На четвертый день наступления советские войска полностью окружили немецкую Девятую армию; еще через два дня последняя прекратила сопротивление. В плен было взято более 20 000 немецких солдат. Следующей целью советских войск стал Минск. Решающую роль в освобождении столицы Белоруссии должна была сыграть Пятая танковая армия Родмистрова. Первоначальный план предусматривал продвижение этой армии по Смоленско-Минскому шоссе. Однако прорвать немецкую оборону под Оршей им не удалось. Командующий Третьим Белорусским фронтом Черняховский решил использовать брешь, созданную его войсками под Витебском. Около 500 танков и самоходных установок Родмистрова прибыли туда, между Двиной и Днепром. В течение первых двух дней армия не встречала серьезного сопротивления и продолжала движение к Борисову в тыл группы армий «Центр». Тем временем немецкое командование произвело кадровые перестановки. Фельдмаршал Буш был понижен в должности. Его на посту командующего группой армий «Центр» сменил Модель. «Гений обороны» был снова призван спасти разваливающийся фронт. Войска трех советских фронтов уверенно двигались к Минску. Немцы начали отступление к реке Березина, пытаясь избежать неминуемого котла. Однако советские войска уже захватили переправы через реку. Противник контролировал только один мост – на Могилевско-Минском шоссе. Тысячи немецких машин, повозок и колонн пехоты устремились к нему. Один из участников тех событий с немецкой стороны вспоминал: «Недалеко от моста, в самом многолюдном месте, наблюдались отвратительные сцены. Повозки и машины сталкивали друг друга с шоссе. Все хотели первыми добраться до моста. Завязывались драки, люди ссорились. Полевые жандармы были бессильны». Советская авиация кружила над бегущими немецкими войсками. Штурмовики Ил-2 господствовали в воздухе, осыпая отступающие колонны бомбами и ракетами. События лета 1944 года в Белоруссии были очень похожи на лето 1941 года. Однако роли поменялись – теперь немцы бежали и пробивались к переправам. Именно их беспощадно бомбили с воздуха. Их дивизии и корпуса теперь рушились и теряли управление. Чтобы спасти пехоту, пытавшуюся бежать от танков Родмистрова, командование Вермахта бросило в бой свои бомбардировщики. Они базировались на Белорусском балконе, нанося удары по стратегическим объектам в советском тылу. Они использовались теперь для сдерживания продвижения советских танковых колонн. Однако дневные атаки тяжелых самолетов в условиях превосходства советской авиации в воздухе привели к огромным потерям и не принесли ощутимых результатов. К концу первой недели боев в Белоруссию начали прибывать немецкие танковые дивизии из Украины. Пятая немецкая танковая дивизия, усиленная батальоном «Тигров», преградила путь танковой армии Родмистрова. На некоторых участках фронта немцы успешно применяли тактику танковых засад, испытанную Катуковым в боях под Москвой. Борьба с этими танками, в основном «Тиграми» и «Пантерами», задерживала продвижение Родмистрова к Минску. Справка. В июле 1944 года Пятая гвардейская армия Родмистрова не имела ни одного нового танка Т-34-85. Эти машины, вооруженные 85-мм пушками, могли на равных бороться с «Тиграми» и «Пантерами». Однако его армия получила их только в августе 1944 года. Танковые бои бушевали около двух дней. Советские войска несли огромные потери. С другой стороны, немцы также потеряли 18 танков из 159. Столица Советской Белоруссии, город Минск, объявленный немцами «городом-крепостью», оборонялся всего около 2000 человек. «Тигры» и «Пантеры» могли остановить армию Родмистрова, но не могли создать сплошной оборонительный фронт. На рассвете 3 июля танки Первого и Третьего Белорусских фронтов ворвались в Минск с севера и юго-востока, замыкая кольцо окружения вокруг остатков трех немецких армий. Войска Второго Белорусского фронта гнали перед собой немецкую пехоту, сжимая кольцо вокруг них с востока. Советским войскам потребовалась неделя, чтобы полностью уничтожить немецкие войска под Минском. Из 35 000 пленных 12 были генералами, в том числе три командира корпусов и девять командиров дивизий. За две недели боев было уничтожено семь из девяти армейских корпусов, 17 дивизий и три бригады. Потери немецкой армии в Белоруссии составили 409 000 человек, в том числе около 150 000 человек, попавших в плен. Немецкие танковые дивизии, переброшенные в Белоруссию, представляли серьезную угрозу. Однако после того, как советские войска разгромили основные силы немецкой пехоты, танки могли лишь замедлить наступление Красной Армии. Наступление началось 23 июня и застопорилось только в августе, достигнув Вислы, границы Восточной Пруссии и побережья Балтийского моря. Войска четырех фронтов наступали по фронту протяженностью более 1000 км и за месяц боев преодолели 550-600 км. Итог наступления Красной Армии превзошел самые смелые ожидания Генерального штаба. Группа армий «Центр» почти прекратила свое существование. После операции «Багратион» Сталин начал обращаться к Рокоссовскому по имени и отчеству – Константин Константинович. До этого такой чести был удостоен только один человек – Маршал Борис Шапошников. Успех в Белоруссии был настолько впечатляющим, что некоторые зарубежные СМИ выразили сомнения в его правдивости. Поэтому советское командование решило доказать и продемонстрировать свой успех всему миру весьма нетрадиционным способом. Была запланирована операция «Большой Вальс», названная так в честь популярного кинофильма. В строжайшей секретности из Белоруссии в Москву начали прибывать эшелоны. Недалеко от центра города были оцеплены Московский ипподром и стадион «Динамо». Наконец, 17 июля было выпущено объявление: немецкие военнопленные пройдут по улицам Москвы. Жители Москвы высыпали на улицы, чтобы увидеть огромные колонны. Во главе марша шли 19 немецких генералов в мундирах и с орденами. За ними следовала тысяча офицеров. Затем шли колонны неухоженных солдат. Некоторые из них вместо сапог носили сандалии из автомобильных шин. Для них война закончилась. Всего по улицам Москвы прошло более 57 000 немецких военнопленных. Сопровождали их кавалеристы из дивизии Кавалерийского полка имени Дзержинского. За ними следовали поливочные машины, смывая следы фашизма с московского асфальта. Необычный марш в центре Москвы произвел ожидаемый эффект как на советский народ, так и на иностранных наблюдателей. Стало очевидно, что советские военные успехи неизбежно приведут к победе в войне для СССР. Разгром группы армий «Центр» создал множество возможностей для Красной Армии для наступления в Польше, Восточной Пруссии и Прибалтике. Первый Прибалтийский фронт Баграмяна и Третий Белорусский фронт Черняховского наступали в Прибалтике. 8 июля войска Третьего Белорусского фронта вошли в пригороды Вильнюса. На следующий день город был окружен. Борьба за город была ожесточенной. Однако через пять дней гарнизон Вильнюса сложил оружие. Третий гвардейский механизированный корпус рванулся вперед; он преодолел 70 км и вышел к Шауляй. Утром 31 июля командир Восьмой механизированной бригады передал по радио в штаб корпуса: «Мы на берегу Рижского залива». Этот короткий доклад означал, что вся немецкая Прибалтийская группировка была отрезана от остальных сил. Сообщение о прорыве было настолько неожиданным, что штаб попросил командира корпуса еще раз доложить о позициях своих войск. Вскоре командование танковой бригады получило следующий приказ: «Наполните три бутылки морской водой. Запечатайте бутылки. Командир лично подпишет бутылки, чтобы гарантировать, что образец взят из Балтийского моря. Бутылки с водой должны быть отправлены в штаб корпуса». Приказ был выполнен. Самолет доставил бутылки с морской водой в штаб фронта, а оттуда – в Москву, в Генеральный штаб. Вскоре эти бутылки были положены на стол на совещании как материальное доказательство того, что танкисты действительно достигли Рижского залива. Успех операции «Багратион» кардинально изменил ситуацию в Прибалтике. Вскоре советские войска подошли к Таллинну. Подразделениям Восьмого Эстонского стрелкового корпуса генерал-лейтенанта Парна была поставлена задача освобождения столицы Эстонии. Сформированная им подвижная группа за один день преодолела около 100 км, ворвалась в Таллинн и 22 сентября освободила город. Группа армий «Север», заблокированная на Курляндском полуострове, оставалась единственной немецкой группой в Прибалтике. Несмотря на неоднократные просьбы командиров и начальника Генерального штаба Гудериана, Гитлер отказался разрешить эвакуацию частей из Курляндии. Советские солдаты в шутку называли окруженную группировку немецких войск в Курляндии «лагерем вооруженных военнопленных». До конца войны она почти не участвовала в боевых действиях. Группа армий «Курляндия» капитулировала 11 мая 1945 года, через два дня после капитуляции Германии. Советские войска вышли к границам Восточной Пруссии. Основные силы группы армий «Центр», разгромленные в Белоруссии, отступили туда, в Кенигсберг, хорошо укрепленный немецкий форпост. Немецкие войска были пополнены людьми и техникой. Продвижение советских войск на запад за такой «осиный улей» было опасным. Немцы могли ударить во фланг Красной Армии, двигающейся к Берлину. Для длительной осады Восточной Пруссии требовалось много войск, к тому же это не решало вышеупомянутую проблему. Советское командование приняло решение изолировать Восточную Пруссию ударом из Варшавы на север от Балтийского моря после разгрома Восточно-Померанской группировки немцев. Затем они планировали уничтожить Восточно-Прусскую крепость по частям. Была зима 1945 года. Второму Белорусскому фронту Рокоссовского была поставлена задача прорваться к Балтийскому морю. 12 января войска Первого Белорусского и Первого Украинского фронтов начали Висло-Одерскую наступательную операцию. 14 января, когда войска Рокоссовского начали наступление, погода резко ухудшилась. Рокоссовский вспоминал: «Была заря, но мы ничего не видели. Туман и мокрый снег скрывали все от глаз. Погода ужасная, и синоптики не обещают улучшения. Я приказал отменить все авиационные налеты». Авиация была прикована к земле, а артиллерия стреляла вслепую. Советская пехота медленно продвигалась. В первый день боев она преодолела всего 3-6 км вместо запланированных 10-12. Немцы усилили свою оборону тяжелыми танками «Тигр» и самоходными установками «Штурмгешютц». Командующий группой армий «Центр» Райнхардт все еще надеялся остановить советское наступление и бросил свои танки в контратаку. Однако ему пришлось перебросить единственный танковый корпус, находившийся в резерве, за Вислу, где также началось советское наступление. Райнхардт использовал только одну танковую дивизию – «Великая Германия» – из резервного корпуса. В ответ Рокоссовский бросил в бой 500 танков из резервов фронта. В 1945 году Т-34-85 стал основным танком Красной Армии. Он был разработан в 1943 году на базе Т-34-76 с использованием конструктивных элементов экспериментального танка Т-43. Этот танк имел просторную трехместную башню и мощную 85-мм пушку. Экипаж танка увеличился до пяти человек. В ходе его производства в СССР до 1950 года было выпущено около 80 000 таких танков. Танк был официально снят с вооружения российской армии в 1993 году. Однако некоторые страны до сих пор держат его на вооружении. После разгрома танковых резервов противника Рокоссовский выдвинул вперед свою Пятую гвардейскую танковую армию. Этот удар вызвал настоящий хаос среди войск его противника. Райнхардт обратился к Гитлеру: «Мой фюрер! Карта противника показывает, что русская танковая армия движется в сторону Данцига. Если она прорвется, нас атакуют с фронта, где нет никаких войск». Командующий группой армий «Центр» просил разрешения на отступление. Только через девять дней после начала битвы Гитлер разрешил отступление. Однако Райнхардту все же не удалось остановить войска Рокоссовского. Советские танки вышли к Фришес-Хаффскому заливу, и Восточная Пруссия оказалась изолирована от Рейха. С востока Черняховский с Третьим Белорусским фронтом вышел к Кенигсбергу. Группа армий «Центр» была разделена на три части: на Самбийском полуострове, у Кенигсберга и к югу от него. Плохая погода в Восточной Пруссии препятствовала использованию авиации для полного разгрома отступающих колонн противника. Поэтому большая и все еще боеспособная группировка немецких войск скопилась в Кенигсберге и на побережье. Была сделана пауза на пару недель. 18 февраля 1945 года командующий войсками Третьего Белорусского фронта, генерал армии Черняховский, был тяжело ранен в пригороде Мельзак (ныне город Пененжно в Польше) и скончался в тот же день. Маршал Василевский сменил его на посту командующего советскими войсками в Восточной Пруссии. Василевский Александр Михайлович, Маршал Советского Союза, один из самых талантливых полководцев. Будучи командующим Генерального штаба, участвовал в разработке и проведении всех крупномасштабных операций на советско-германском фронте. Помимо командования Третьим Белорусским фронтом, он был заместителем Народного комиссара обороны. После Жукова стал вторым кавалером Ордена Победы, учрежденного в 1943 году. Дважды Герой Советского Союза. Прусская группировка была уничтожена по частям. Менее чем за десять дней был разгромлен котел к югу от Кенигсберга. В апреле настала очередь Кенигсберга. Позднее были разгромлены немецкие части на Самбийском полуострове. Данциг Кенигсберг Пиллау Висла Одер Гдыня Борьба за Восточную Пруссию была тяжелой и изнурительной для Красной Армии. Ее успех был предопределен артиллерией – «богом войны». Маршал Василевский вспоминал: «Восточно-Прусская операция была беспрецедентной в истории всех войн по расходу боеприпасов. Два фронта израсходовали более 15 000 вагонов боеприпасов». Под артиллерийским огнем пали как полевые укрепления, так и кенигсбергские форты. На четвертый день штурма города-крепости комендант крепости начал переговоры о капитуляции. Около 92 000 человек, включая четырех генералов, сдались в плен. Самбийская группировка сопротивлялась дольше всех. Однако через две недели она также сложила оружие. Был апрель. Маршал Жуков уже разрабатывал планы захвата Берлина. На юге бои уже бушевали в Чехословакии и Венгрии. Войска Второго и Третьего Украинских фронтов гнали элитные дивизии СС на запад, в Австрию. Это наступление на юге стало возможным благодаря успешному проведению операции «Багратион». Однако все началось в 1943 году, когда советские войска только готовились к форсированию Днепра и освобождению Киева. В 1943 году советским солдатам предстояла еще одна битва Великой войны – Битва за Украину.