Transcription
Сегодня вечером, когда солнце сядет, вы щелкнете выключателем. Свет заполнит комнату, и вы не задумаетесь об этом. Но на протяжении 99,9% человеческой истории такого выключателя не существовало. Когда садилось солнце, мир погружался во тьму. Вы не могли даже разглядеть свою руку перед лицом. Но современные люди почти никогда не испытывают этого. Более 300 000 лет каждый из ваших предков проводил примерно половину своей жизни в почти полной темноте. У них даже не было свечей большую часть этого времени, только черное небо, звезды и любой огонь, который они могли поддерживать. Так что же они на самом деле делали все эти часы? Ответ меняет все, что мы думаем, что знаем о сне, рассказывании историй и о том, что значит быть человеком. Давайте начнем с огня, потому что огонь — причина того, что все это стало возможным. Самые ранние достоверные свидетельства контроля человека над огнем относятся к пещере Вондерверк в Южной Африке, примерно 1 миллион лет назад. Но огонь не просто согревал людей. Огонь полностью перестроил человеческий день. До огня наши предки были похожи на всех других приматов. Когда садилось солнце, вы залезали на дерево или находили укрытие и оставались на месте. Передвижение ночью означало стать добычей. Наши глаза ужасны в темноте по сравнению с хищниками, которые на нас охотились. Леопарды, гиены, волки — все они прекрасно видели. Огонь изменил это уравнение в одночасье, буквально. Костер создает круг безопасности диаметром примерно 30 футов. Внутри этого круга хищники не подходили. Вне этого круга вы умирали. Это не преувеличение. Антропологи, изучающие современные группы охотников-собирателей, задокументировали, что люди, которые отходят от костра ночью, значительно чаще становятся жертвами хищников, даже сегодня. Но вот что поразительно. Огонь не просто защищал людей ночью. Он дал им то, чего у них никогда не было раньше, — дополнительные часы. Подумайте об этом. До огня полезный день заканчивался с заходом солнца. Это, возможно, 12 часов летом и всего восемь зимой. Огонь внезапно добавил два-четыре полезных часа к каждому дню. И за тысячи поколений эти дополнительные часы изменили наш вид. В 2014 году антрополог Полли Вайсснер опубликовала исследование в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences. Она провела годы, записывая разговоры среди бушменов Джу/'хоанси из пустыни Калахари, одной из последних групп на Земле, которая все еще живет чем-то близким к первобытному человеческому образу жизни. То, что она обнаружила, было поразительным. В течение дня около 80% разговоров были практическими. Кто где охотится? Какие растения готовы? Жалобы, логистика, экономические переговоры. Дневные разговоры были работой. Но ночью, у костра, весь характер разговора менялся. 81% разговоров были историями, рассказами о людях в далеких местах, приключениях, мифах о происхождении мира, шутках, которые заставляли весь лагерь смеяться. Вайсснер утверждала, что именно в разговорах при свете костра родилась человеческая культура. Костер был первым театром, первой классной комнатой, первой церковью. Именно там люди научились думать за пределами непосредственного настоящего и представлять то, чего еще не существует. Именно там мы стали собой. Но ночь была не только о историях у костра. Происходило что-то еще, что ученые обнаружили только за последние 30 лет. Вы не были созданы для того, чтобы спать так, как вы спите сейчас. В 2001 году историк Роджер Е. Экирх опубликовал статью, которая изменила науку о сне. Он провел 16 лет, копаясь в исторических записях, и обнаружил то, чего никто не ожидал: более 500 упоминаний, охватывающих столетия, молитвенники 1400-х годов, судебные записи, дневники, медицинские тексты, письма обычных людей, даже отрывки из "Одиссеи" Гомера. Все они упоминали одно и то же: первый сон и второй сон. До индустриальной эпохи люди не спали одним непрерывным блоком. Они ложились спать вскоре после захода солнца, спали около 4 часов, затем просыпались. Они бодрствовали 1-2 часа посреди ночи. Затем они снова ложились спать еще на 4 часа до рассвета. Это была не бессонница. Это было нормально. Так спал каждый человек на планете тысячи лет. И что люди делали в этот период бодрствования посреди ночи? Все. Французский врач XVI века рекомендовал парам зачатие детей в это время, потому что они делали бы это лучше. Люди навещали соседей. Они интерпретировали свои сны, пока они были еще свежи. Они писали. Они просто лежали в постели в темноте и думали. Врачебное руководство 1500-х годов советовало пациентам, что лучшее время для учебы и размышлений — это во время "стражи", как они это называли, тихие часы между первым и вторым сном, когда разум был спокоен, а мир был тих. Теперь историки читали эти упоминания веками, но они продолжали переводить "первый сон" как что-то другое, потому что не могли представить, что люди когда-либо спали иначе, чем мы сейчас. Предположение было настолько глубоким, что переводчики буквально неправильно переводили древнегреческий и средневековый латынь, чтобы подогнать их под свой современный опыт. Но затем наука подтвердила то, что история говорила все время. В 1992 году психиатр Томас Веер из Национального института психического здоровья провел эксперимент. Он взял группу добровольцев и исключил из их жизни все искусственное освещение. В течение 1 месяца они испытывали 14 часов темноты каждую ночь, как и наши предки до того, как огонь продлил вечер. В течение нескольких недель каждый участник входил в один и тот же режим: 4 часа сна, 1-3 часа тихого бодрствования, затем еще 4 часа сна. Никто не говорил им этого делать. Никто не предлагал. Их тела просто делали это, как будто какая-то древняя программа ждала внутри них все это время, погребенная под веками искусственного света. Веер измерял уровни гормонов во время периода бодрствования и обнаружил нечто замечательное. Участники находились в состоянии, отличном от любого нормального состояния бодрствования. Их мозг вырабатывал повышенные уровни пролактина, того же гормона, который выделяется во время медитации и после оргазма. Они описывали чувство умиротворения, размышления, почти медитативное состояние. Это был не просто перерыв во сне, это было собственное отдельное состояние сознания, которое большинство современных людей никогда не испытывали. Так что же его убило? Ответ проще, чем вы думаете: свет. В 1600-х годах города начали устанавливать уличные фонари. Париж был одним из первых при Людовике XIV, который хотел сократить преступность. Лондон последовал за ним. Ночь, которая была местом опасности и страха, постепенно стала проходимой. Затем появились более дешевые свечи, затем газовые лампы в 1800-х годах. Затем, в 1879 году, Томас Эдисон коммерциализировал электрическую лампочку, и в течение одного поколения ночь, какой ее знали люди на протяжении 300 000 лет, исчезла. И вот часть, о которой никто не говорит. Слово "комендантский час" происходит от французского couvre-feu. Оно буквально означает "покрыть огонь". В средневековых городах ночью звонил колокол, сигнализируя всем, чтобы они накрыли или потушили свои костры, не из-за безопасности, а потому, что ночь должна была быть темной. Ночь была временем сна. Ночь была временем уязвимости. Большую часть истории пребывание на улице ночью было подозрительным. Во многих средневековых европейских городах ходить по улице после наступления темноты без фонаря было буквально незаконно. Ночь принадлежала преступникам и сверхъестественному. Люди боялись ее так, как нам сегодня почти невозможно понять. А затем мы ее покорили. Мы затопили ее светом, и мы думали, что это прогресс. Но вот что мы потеряли. Современные люди подвергаются воздействию искусственного света в среднем на 7-8 часов после захода солнца. Этот свет, особенно синий свет от экранов, подавляет выработку мелатонина в организме, гормона, регулирующего сон. Ваш организм не отличает лампочку от солнца. Когда свет попадает на вашу сетчатку в 11 часов вечера, ваш мозг интерпретирует его как дневное время. Это задерживает высвобождение мелатонина. Это фрагментирует ваш сон. Это нарушает циркадный ритм, который развивался миллионы лет. Исследователи обнаружили, что люди, которые отправляются в поход всего на 1 неделю без искусственного света, имеют свои циклы мелатонина, сбрасываемые почти на 2 часа. Их тела начинают вырабатывать мелатонин на закате, а не через несколько часов после него. Этого достаточно, чтобы 300 000 лет программирования вновь заявили о себе. Мы не просто изменили время сна. Мы устранили целую фазу человеческого сознания. Это тихое, рефлексивное состояние между первым и вторым сном, состояние, которое Веер описывал как мирное и медитативное, больше не существует для большинства людей. Вместо этого у нас бессонница, и мы относимся к ней как к расстройству. Но что, если это вообще не расстройство? Что, если пробуждение в 2 часа ночи и лежание в темноте — это не сбой вашего организма? Что, если ваш организм вспоминает, для чего он был создан? В течение 300 000 лет ваши предки проводили свои ночи в ритме, который современная наука только начинает понимать. Они собирались у костров и рассказывали истории, которые строили цивилизации. Они спали в две фазы с окном тихого размышления между ними. Они жили в такой полной темноте, что Млечный Путь не был чем-то, ради чего нужно было ехать в национальный парк, чтобы увидеть. Это было просто небо. И каждую ночь, когда они просыпались в темноте между первым и вторым сном, они лежали в тишине и думали о своей жизни, своих снах и мире, который они увидят утром. Мы обменяли все это на выключатель, и большинство из нас даже не знали, что это потеряно.