Transcription
25 мая на календаре уже почти половина года прошло. Всем привет, с вами Руслан Левиев. Это очередная сводка с войны.
Третью неделю украинские силы продолжают вести бои в районе Тёткина Курской области. И третью неделю это не даёт каких-либо результатов. Но что интересно, на этом же направлении начала активно применяться первая мотоциклетная штурмовая рота ВСУ, созданная в рамках 425 отдельного штурмового полка «Скала». Меня больше удивило, что вслед за российскими силами тут тоже об этом заявляют, о каком-то важном достижении или преимуществе. Хотя я продолжаю настаивать, что мотоциклетные именно штурмовые роты – это признак проблем в войсках. Мотоциклы являются преимуществом только в случае выбора идти в штурмовую атаку пешком или на мотоциклах. Если же выбор стоит между мотоциклами и любой бронетехникой, например, бронетранспортёрами или боевыми машинами пехоты, то у мотоциклов нет ни одного преимущества. И мы же видели в течение этих трёх недель, как на этом направлении шли в атаку те же Брэдли и прочая бронетехника, которая при этом быстро уничтожалась ударами дронов и артиллерии. То ли они закончились, то ли решили, что тратить дорогую дефицитную бронетехнику на такую очень спорную операцию будет странно. Поэтому решили выдать мотоциклы. Кто-то пишет, что это всё пока просто в рамках эксперимента. Попробовать перенять российский опыт использования штурмовиков на мотоциклах. Во-первых, очень странно экспериментировать ценой жизни своих солдат, что ещё более дорогой ресурс, чем Брэдли. Во-вторых, российский опыт накоплен уже достаточно большой, и он в семи достаточно хорошо изучен уже. Поэтому сейчас многие украинские военные в своих соцсетях пишут, что использовать мотоциклы в штурмовых атаках – это самоубийство.
В отличие от всех других видов техники, остановить мотоцикл очень просто. Даже противопехотная мина. При этом ты никак не защищён от осколков. Плюс быстрая езда по пересечённой местности требует определённых навыков, без которых улететь через руль и переломать себе руки-ноги проще простого. Ну и, наконец, даже на современных дорожных мотоциклах особо жёсткое падение может закончиться пробитием бензобака, от чего дальше моментально вспыхивают как спичка и мотоцикл, и его водитель, что мы и на фронте много раз видели. Идея доезжать на мотоциклах до самых окопов противника тоже довольно странная, потому что солдаты врага в таком случае, даже без помощи беспилотника, довольно быстро поймут, с какой стороны вы едете, в какую сторону приготовиться стрелять, куда наводить миномёт. Банально потому, что мотоциклы – вещь довольно громкая. Если же использовать мотоциклы в ближних, а не штурмовых атаках, то там, да, это приемлемая идея.
Подводя итог, мотоциклетные штурмовые роты – это точно не та вещь, которой стоит гордиться, пиарить, как: «Смотрите, что мы изобрели». Это признак наличия проблемы дефицита бронетехники. Неудивительно, что командир другого подразделения, действующего на этом же направлении, а именно командир первого механизированного батальона сорок седьмой механизированной бригады Александр Шершик подал рапорт на увольнение, выступив против действий командиров, которые ставят, цитирую, «дебильнейшие задачи».
Основные изменения по линии фронта на этой неделе касались Торецкого и Покровского направлений. К востоку от самого города Торецк российские военные продвинулись в районе посёлков Дачная и Делеевка. Также постепенно срезают карман на западном фланге Торецкого направления, продвигаясь в районе населённых пунктов Романовка, Александрополь, который, кстати, теперь захвачен, Новооленовка и на север от захваченной Новой Полтавки в сторону села Поповцы. Здесь российская армия пытается развить тактический прорыв украинской обороны. Восточный фланг Покровского направления является частью этого прорыва. Он тоже постепенно выравнивается, и здесь российские войска продвигаются в районе Елизаветовки. Западный фланг Покровского направления отметился продвижением российских войск в районе Новоалександровки, Надеждинки и Котлеровки. Появляются первые попытки дойти до Днепропетровской области. В частности, на неделе много обсуждали кадры из видео, на котором российские военные стоят около застрявшего в кювете пикапа и демонстрируют российский флаг. Точно, где локация этого кадра неизвестна, но украинские источники говорят, что это было на границе Днепропетровской области в районе посёлка Троицкая. Причём пикап был украинский. Российские военные обнаружили его брошенным и решили заодно сфотографироваться с флагом. Это всё не значит, что российские военные уже прямо дошли до Днепропетровской области. Это была короткая вылазка, которая ничем не закончилась. При этом в ближайшие недели можно действительно ожидать, что российская армия пересечёт административную границу, что для них будет важнее скорее символически и политически.
В связи со всеми последними событиями на фронте на этой неделе было как-то особенно много статей и размышлений о перспективах этой войны, о тактике России и так далее. Например, британское издание The Telegraph пишет, что Россия перешла к новой тактике и назвала это «тройной удушающий захват». Если коротко, то суть в том, что сначала разведдроны России выявляют украинские позиции, потом по этим позициям запускаются планирующие авиабомбы, а уже потом на позиции наступают сухопутные подразделения. Те, кто хоть немного отвлекается изучением боевых действий, сейчас удивлённо почешут голову и спросят: «А что тут нового?» Вот именно. Мы тоже на личной встрече команды обсудили эту статью и так и не поняли, зачем журналисты обычный общевойсковой бой называют некой новой тактикой. Да, за прошедшие пару лет большое распространение получили беспилотники и планирующие авиабомбы, но сам механизм, тактика ведения боя никак не поменялись. Просто чуток изменилась номенклатура оружия. Новой тактики из-за этого не появилась.
Ещё на неделе мне кидали статью некого Ильи Болгарина из Медиамедиа. Если что, я про этого автора и это издание раньше не слышал. Разберём по пунктам его материал. Он пишет, что якобы у России скоро закончится артиллерия, в том числе стволы и орудия. Мы такое слышим давно, и мы с этим не согласны. Со стволами длиной до 6 м, а это гаубицы 152 мм, самоходки «2С3 Акация», «2С1 Гвоздика», то есть калибры 152 и 122 мм, явно никаких проблем нет. Производство этих стволов за 3 года явно смогли наладить. Есть проблема со стволами длиннее 6 м, то есть большего калибра артиллерии, такой как «Гиацинты» и «Пион». Вот с ними, да, проблема. У России сейчас нет возможности производить такие длинные стволы. Собственно, почему и началась в прошлом году поставка северокорейских самоходок, как «КН-17»? Я же говорил тогда, что они нужны как раз на замену «Пиону». И в целом бутылочное горлышко артиллерии для российской армии сейчас – это не стволы и не сами орудия, а боеприпасы. Также он пишет, что Россия вынуждена возвращать на фронт такие старые орудия пятидесятых годов, как М46 и М30. Во-первых, пушка М46 была возвращена на фронт, потому что пришли снаряды особого калибра 130 мм, который ни с чего другого особо не запустишь. Поэтому её и вернули на фронт, чтобы иметь возможность тратить эти снаряды, стрелять. И что касается гаубиц М30, то мы видели эти пару фотографий. Есть подозрение, что это в буквальном смысле одно и то же орудие, так что я бы не ставил тут множественное число. И ещё он пишет, что из-за дефицита гусеничных платформ Россия делает ставку на колёсные самоходные артиллерийские установки «Малка» и «Гиацинт». Здесь мы тоже не согласны. Это делается не из-за дефицита гусеничных платформ, а из-за того, что колёсные шасси лучше по соотношению цена-качество. Даже на «Гиацинте» замечены старые стволы, что подчёркивает проблему нехватки новых компонентов, – пишет Илья. По секрету скажу вам, что там и лафеты тоже старые, и противооткатные приспособления тоже старые. Никто не делает новых этих «Гиацинтов». Просто их переставляют с буксированных лафетов на имеющиеся свободные шасси. Почему бы и нет, если хорошее дальнобойное орудие? Те, кто внимательно следит за производством украинских самоходок «Богдана», изучат и все кадры с ним. Тоже, как и мы, могли видеть много примеров, когда из-за разницы покраски бросалось в глаза, что старую артиллерийскую часть поставили на новое шасси. Это нормально.
Ну и вишенка на торте в материале. По данным Генштаба ВСУ, потери России превышают 28.000 единиц артиллерии, что значительно выше визуально подтверждённых полутора тысяч по данным Oryx, так как Генштаб использует весь спектр разведывательных данных, включая радиоразведку и беспилотники. И у меня вот возникает вопрос к авторам подобных публикаций: а было когда-либо у России такое количество артиллерии? Как насчёт того, чтобы попытаться проверять такие заявления через независимые источники, а то может там Генштаб ВСУ далеко в отрицательные числа ушёл уже. Если вы не знаете, где проверять, то подсказываю. Есть такой очень уважаемый авторитетный справочник The Military Balance, который составляется каждый год по всем странам. И там всё очень подробно расписывается по всем составляющим. Загляните туда на досуги, найдите Россию и посмотрите, сколько у неё в целом было артиллерии.
В целом ситуация на войне сейчас патовая. Да, каждую неделю я вам сообщаю о продвижениях российской армии. И вот вторую неделю подряд говорю о тактическом прорыве на Торецком направлении. Но в масштабах всей войны это настолько мизерно, что даже для выхода на административные границы четырёх областей потребуется много лет. Российское руководство явно придерживается тактики войны на истощение, надеясь, что в какой-то момент украинская армия просто иссякнет, не выдержит. На мой взгляд, это тоже наивные прогнозы. Даже если представим, что Украина теряет по 50.000 военных в год убитыми, всё равно мобилизационного ресурса в таком случае хватает ещё на долгие годы вперёд. И кто-то возразит: «Но вот же проблема мобилизации, отсутствие желающих идти на войну, бунты, жалобы на нехватку людей». Это всё, да, но если настанет какой-то критический момент, на который нам так надеется Путин, то всё это просто резко ужесточается и набирается необходимое количество людей. Сейчас этого ужесточения не делается, потому что нет критического момента, а руководству страны нужно всё-таки пытаться балансировать между крайностями, чтобы не вызывать социальных взрывов внутри страны. Плюс мало желающих идти на войну не только потому, что все от неё устали, но и потому, что все видят, что война ни к чему не идёт. Ни одна из сторон не выигрывает и не проигрывает. Тогда зачем идти на войну, чтобы отдать свою жизнь ради ничего? Ради того, что никакого результата не принесёт? Если же представим, каким-то невероятным образом Россия настолько прорвала украинскую оборону, что вышла на оперативный простор и там чуть ли не танки под Киевом, то и настроение в обществе поменяется, и со стороны Европы тоже уже другая политическая воля будет. А вот в текущем темпе Украина тоже может продолжать эту войну годами. Путин этого не понимает. Когда поймёт, может тогда и придёт к выводу, что надо войну замораживать. Плюс Украина огромная по площади страна. Чтобы захватывать её, нужно не только резкое истощение украинской армии, но и наличие у вас больших запасов бронетехники, чтобы делать танковые клинья, быстро прорываться вперёд. А в условиях развития беспилотников для осуществления этой тактики нужно ещё больше танков и прочей бронетехники. Поэтому у России и нет военной возможности победить в этой войне.
И вот так мы с вами оказались в той самой ситуации «не победы», про которую я говорил ещё с конца прошлого года, когда у меня спрашивали про прогнозы на ход войны. Честно говоря, я уже потихоньку начинаю меньше верить в свой прогноз, что война заморозится в этом году, потому что тупик, как я и ожидал, настал, но Путин не видит его и почему-то не стремится пойти на поводу у администрации Трампа. Хотя, казалось бы, политически и экономически от заморозки войны и выхода из изоляции он мог бы много выиграть. Поэтому я не согласен с докладом центра геополитики инвестиционного банка JPMorgan Chase, что сейчас война перешла в эндшпиль, то есть свою заключительную финальную стадию. Сейчас, после всех заявлений российской стороны за последний месяц, после заявлений Путина, Лаврова, Мединского, явно видно, что Россия не отказывается от своих ультимативных требований и явно готова продолжать войну и дальше годами. Так что пока эндшпиля не видать. Пару месяцев назад я, наверное, согласился бы с такими выводами JPMorgan Chase, но по состоянию на сегодняшний день – нет, так что сводок будет ещё много.
На этой неделе мы также опубликовали своё ежегодное исследование по парадам 9 мая, которое мы начали делать с двадцать первого года. Наши волонтёры, за что им огромное спасибо, проанализировали фото и видео с парадов в пятидесяти городах страны, то есть практически все крупные парады в честь Дня Победы. Также в одной из прошлых сводок на этом канале я просил вас присылать кадры из парадов, и многие отозвались. Тоже благодарен вам за это. Восьмидесятая годовщина Победы внесла коррективы в наблюдаемую нами ранее картину. Главный российский парад на Красной площади, в отличие от предыдущих лет, прошёл с участием значительного числа гусеничных машин, а всего количество вооружений и военной техники в Москве выросло в 2,5 раза по сравнению с предыдущим годом, с 60 единиц до 153. Парад на Красной площади отражает и общероссийскую тенденцию. Если в двадцать четвёртом году мы насчитали по всей стране 912 единиц вооружений и военной техники, то в двадцать пятом году это значение выросло до 1500 единиц, более чем в полтора раза. Увеличение общего количества техники на парадах было обеспечено в первую очередь за счёт танков, боевых бронированных машин, бронеавтомобилей, артиллерии и вспомогательной техники. Лично я был удивлён, что воздушная часть парада в Москве осталась очень компактной. Казалось бы, уж с авиатехникой точно никакого дефицита нет и не требуется забирать её с фронта. К слову, у нас с телеканалом «Дождь» также, видимо, сложилась традиция, и я теперь каждые 9 мая в прямом эфире комментирую парад техники. Мы считаем, что рост числа задействованной техники обусловлен в первую очередь круглой датой и необходимостью произвести впечатление на присутствующих на параде в Москве иностранных лидеров, на обычных россиян по всей стране. Лично я думаю, что в последующие годы, при условии продолжения боевых действий, количество техники на парадах вновь вернётся к прежним показателям, то есть сократится. А также впереди у нас по планам публикация большого исследования по производству новых танков в России. Так что следите за нашими соцсетями.
Ну а мы с вами встретимся через 7 дней. До встречи и пока.